Адаптация как симптом: русская классика на постсоветском экране
Людмила Федорова

Toʻliq oʻqish va tinglash

Bepul parcha

Kitob haqida Iqtiboslar188 Oʻqiyapti446 Javonlarda Bu seriyada

На сегодняшний день постсоветское кино насчитывает по меньшей мере шесть адаптаций «Анны Карениной», четыре интерпретации «Кроткой», четыре варианта «Бесов» и четыре версии «Трех сестер». Почему режиссеры так упорно выбирают для экранизации одни и те же произведения Пушкина, Гоголя, Толстого, Достоевского и Чехова? Открывает ли режиссер новые смысловые грани канонических авторов или обращается к знаменитым произведениям, рассчитывая на их немедленное узнавание? Симптомом каких культурных, социальных и политических процессов являются многочисленные реинтерпретации классики? Книга Людмилы Федоровой предлагает систематический обзор постсоветских адаптаций русских классиков, наиболее часто экранизируемых в последние три десятилетия. Автор показывает, что именно в адаптируемых текстах сделало их столь востребованными после распада коммунистического пространства. Людмила Федорова — филолог и культуролог, профессор Джорджтаунского университета (США).

Театр Кино Исполнительские искусства Наука

Yosh cheklovlari: 12+

Nashr sanasi: 2021

nashriyot: Новое литературное обозрение

Seriya: Кинотексты

Qogʻoz sahifalar: 500

Bu seriyada

Антон ДолинДжим Джармуш. Стихи и музыка

18+

Антон ДолинЛарс фон Триер: контрольные работы

18+

Антон ДолинТакеси Китано. Детские годы

18+

Вадим Михайлин, Галина БеляеваСкрытый учебный план: антропология советского школьного кино начала 1930-х — середины 1960-х годов

Зара АбдуллаеваПостдок-2. Игровое/неигровое

18+

Оксана БулгаковаФабрика жестов

Абрам Ильич Рейтблат, Р.М. ЯнгировКиномысль русского зарубежья (1918–1931)

Евгений ЦымбалРождение «Сталкера»: попытка реконструкции

Владимир ПаперныйКино, культура и дух времени

Борис ЛокшинКинотеатр повторного фильма

18+

Лутц КёпникО медленности

Мириам ХансенВавилон и вавилонское столпотворение: зритель в американском немом кино

Стивен НоррисИстория российского блокбастера: кино, память и любовь к Родине

Наталья Самутина«Эта музыка слишком прекрасна»: тексты о кино и не только

18+

Аманда ЛотцМы срываем трансляцию. Как телевизор накрылся кабелем, а медиа — интернетом

Сергей ОгудовЛитературу — в кино: советские сценарные нарративы 1920–1930-х годов

Сергей АнашкинДругие территории. Этническое кино: периферийные традиции, воображаемые ретроспективы

Вадим МихайлинИз глубины экрана

18+

Анжелика АртюхНовый Голливуд: новаторы и консерваторы

Oʻqib boʻldingizmi? Fikringiz qanday?

👍👎

Iqtiboslar188

стася никогдеiqtibos olmoqda3 oy oldin

Травма разрыва пробуждает ностальгию по отношению к утерянному прошлому и к тем моделям будущего, которое оно обещало19. Эта ностальгия по неосуществленному будущему особенно характерна для адаптаций Чехова. Светлана Бойм считает ностальгию одной из основных примет постсоветского времени и выделяет два ее типа: реставрирующий — воспроизводящий ритуал и заново изобретающий традицию, и рефлексирующий — часто иронический, не предполагающий возвращения, но фокусирующийся на самой дистанции с прошлым, на ощущении разрыва. Первый — коллективный, предполагающий возвращение к национальным символам и восстановление мифического места общего обитания; второй — личный, отсылающий к индивидуальной памяти. Заметим, что эти два типа ностальгии коррелируют с двумя стратегиями адаптаций классики и двумя режимами просмотра, которые они задают: реставрирующий — с экранизациями, ориентированными на воспроизведение классического образца, подчеркивающими его устойчивость, — таковы, например, сериалы 2000‐х годов. А рефлексирующий — с трансформирующими, деконструирующими адаптациями 1990‐х. Поиск языка для осознания новой реальности после распада советского государства обращается к знакомым структурам — образам классики, — а далее происходит либо утверждение этих структур заново как общих, но дистанцированных от аудитории, либо присвоение, лишающее их сакрального статуса.

Fikr bildirish

стася никогдеiqtibos olmoqda3 oy oldin

Русский термин «экранизация», как неоднократно подчеркивали исследователи, задает бинарное отношение между текстом, который мыслится в качестве источника, и его экранной версией. В этом исследовании в качестве более широких терминов, предполагающих разные типы взаимодействия между текстом и фильмом, я буду использовать «адаптацию» и «интерпретацию». «Экранизациями» я буду называть фильмы второго типа, претендующие на то, чтобы быть иллюстрациями художественных произведений, и потенциально обладающие свойством представлять текст в зрительском сознании.

Fikr bildirish

стася никогдеiqtibos olmoqda3 oy oldin

го классического текста, которое может претерпеть значительные трансформации, оставаясь при этом узнаваемым. Именно этот тип адаптаций позволяет определить самый устойчивый круг смыслов, ассоциируемый с этим произведением, дает в самом концентрированном виде уникальное представление о системе отношений и конфликтов, определяющее конкретный текст, позволяет выделить архетип.

Fikr bildirish