Западный канон: книги и школа всех времен
Гарольд Блум

To‘liq o‘qish

Bepul parchaO‘qish

Kitob haqida Iqtiboslar213 Oʻqiyapti1.5K Javonlarda Bu seriyada

«Западный канон» — самая известная и, наверное, самая полемическая книга Гарольда Блума, знаменитого американского критика и литературоведа. Блум страстно защищает автономность эстетической ценности и необходимость канона перед лицом «Школы ресентимента» — тех культурных тенденций, которые со времен первой публикации книги (1994) стали практически непререкаемыми. Развивая сформулированные в других своих книгах концепции «страха влияния» и «творческого искажения», Блум рассказывает о двадцати шести главных авторах Западного мира (от Данте до Толстого, от Гёте до Беккета, от Дикинсон до Неруды), а в самый центр канона помещает Шекспира, который, как полагает исследователь, во многом нас всех создал.

История и теория литературы

Yosh cheklovlari: 18+

Original nashr sanasi: 2026

Nashr sanasi: 2026

nashriyot: Новое литературное обозрение

Seriya: Интеллектуальная история

tarjimon: Дмитрий Харитонов

Qogʻoz sahifalar: 231

Bu seriyada

Михаил Велижев, Тимур АтнашевКембриджская школа: Теория и практика интеллектуальной истории

Михаил Велижев, Тимур Атнашев, Андрей Зорин«Особый путь»: от идеологии к методу

Карло ГинзбургЗагадка Пьеро: Пьеро делла Франческа

Эмили РоузУбийство Уильяма Норвичского. Происхождение кровавого навета в средневековой Европе

18+

Сергей КозловИмплантация. Очерки генеалогии историко-филологического знания во Франции

Кирилл ОсповатПридворная словесность: институт литературы и конструкции абсолютизма в России середины XVIII века

Карло ГинзбургСудья и историк. Размышления на полях процесса Софри

Йохан АрнасонЦивилизационные паттерны и исторические процессы

Синтия Л. ХэвенЭволюция желания. Жизнь Рене Жирара

Валерий ПодорогаВозвышенное. После падения. Краткая история общего чувства

Роберт ДарнтонЦензоры за работой. Как государство формирует литературу

И.Н. Данилевский, Е.В. Акельев, М.Б. Велижев, О.И. ТогоеваКазус. Индивидуальное и уникальное в истории: Антология

Норберт ЭлиасМоцарт. К социологии одного гения

Михаил ВелижевЧаадаевское дело. Идеология, риторика и государственная власть в николаевской России

Ричард УотморЧто такое интеллектуальная история?

Сальваторе Сеттис«Гроза» Джорджоне и ее толкование: Художник, заказчики, сюжет

Джованни ЛевиНематериальное наследие. Карьера одного пьемонтского экзорциста XVII века

Роберт ДарнтонПоэзия и полиция. Сеть коммуникаций в Париже XVIII века

Евгений АкельевРусский Мисопогон: Петр I, брадобритие и десять миллионов «московитов»

Барбара РозенвейнЛюбовь: история в пяти фантазиях

18+

Oʻqib boʻldingizmi? Fikringiz qanday?

👍👎

Iqtiboslar213

Elena A.iqtibos olmoqda4 oy oldin

Виктор Шкловский, один из крупнейших современных русских литературоведов, отмечал, что «самый обычный прием у Толстого — это когда он отказывается узнавать вещи и описывает их, как в первый раз виденные» [420]. Благодаря этой технике остранения в сочетании с тоном, который берет Толстой, читатель пребывает в радостном убеждении, что Толстой позволяет ему видеть все, как в первый раз, в то же время внушая ему такое чувство, что он уже все видел. Единое ощущение чуждости и привычности кажется невозможным, но уникальную атмосферу сочинений Толстого создает именно оно.

1 kishiga yoqdi

Fikr bildirish