Судья и историк. Размышления на полях процесса Софри
Карло Гинзбург

Toʻliq oʻqish va tinglash

Bepul parcha

Kitob haqida Taassurotlar4 Iqtiboslar35 Oʻqiyapti697 Javonlarda Bu seriyada

«Судья и историк» — уникальное детективное расследование итальянского историка Карло Гинзбурга, посвященное знаменитому процессу Адриано Софри. Экс-лидер леворадикальной организации «Непрерывная борьба» («Lotta continua») Софри был арестован в 1988 году, обвинен и осужден по делу об убийстве в 1972 году комиссара полиции Луиджи Калабрези. Гинзбург анализирует судебные материалы, дабы определить, удалось ли следствию доказать вину Софри. Как опыт и навыки профессионального историка помогают Гинзбургу разобраться в существе юридического казуса? В чем состоят сходства и различия между историком и судьей? Способна ли гуманитарная наука в современном цифровом мире выполнять важные общественные функции? На эти и другие остросоциальные вопросы отвечает автор в своей знаковой работе. Карло Гинзбург (р. 1939) — один из создателей «микроисторического» метода, автор многих книг и статей, посвященных интеллектуальной истории эпохи Возрождения, Нового и Новейшего времени.

True Crime Наука

Yosh cheklovlari: 16+

Nashr sanasi: 2021

nashriyot: Новое литературное обозрение

Seriya: Интеллектуальная история

tarjimon: Михаил Велижев

Qogʻoz sahifalar: 229

Bu seriyada

Михаил Велижев, Тимур АтнашевКембриджская школа: Теория и практика интеллектуальной истории

Михаил Велижев, Тимур Атнашев, Андрей Зорин«Особый путь»: от идеологии к методу

Карло ГинзбургЗагадка Пьеро: Пьеро делла Франческа

Эмили РоузУбийство Уильяма Норвичского. Происхождение кровавого навета в средневековой Европе

18+

Сергей КозловИмплантация. Очерки генеалогии историко-филологического знания во Франции

Кирилл ОсповатПридворная словесность: институт литературы и конструкции абсолютизма в России середины XVIII века

Йохан АрнасонЦивилизационные паттерны и исторические процессы

Синтия Л. ХэвенЭволюция желания. Жизнь Рене Жирара

Валерий ПодорогаВозвышенное. После падения. Краткая история общего чувства

Роберт ДарнтонЦензоры за работой. Как государство формирует литературу

И.Н. Данилевский, Е.В. Акельев, М.Б. Велижев, О.И. ТогоеваКазус. Индивидуальное и уникальное в истории: Антология

Норберт ЭлиасМоцарт. К социологии одного гения

Михаил ВелижевЧаадаевское дело. Идеология, риторика и государственная власть в николаевской России

Ричард УотморЧто такое интеллектуальная история?

Сальваторе Сеттис«Гроза» Джорджоне и ее толкование: Художник, заказчики, сюжет

Джованни ЛевиНематериальное наследие. Карьера одного пьемонтского экзорциста XVII века

Роберт ДарнтонПоэзия и полиция. Сеть коммуникаций в Париже XVIII века

Евгений АкельевРусский Мисопогон: Петр I, брадобритие и десять миллионов «московитов»

Барбара РозенвейнЛюбовь: история в пяти фантазиях

18+

Натали Земон-ДэвисПутешествия трикстера: мусульманин XVI века между мирами

18+

Oʻqib boʻldingizmi? Fikringiz qanday?

👍👎

Taassurotlar4

Алена Б.taassurotlarni ulashish8 oy oldin

👍Tavsiya etaman

🔮Dono

💡Axborot beruvchi

🎯Foydali

🚀Ajralish imkonsiz

Карл Гинщубр, как и в других свои работах, досконально поиграется в тему о которой собирается писать. На этот раз это судебный процесс над одним его знакомым. И этотделотпривлекает к себе внимание тем, что обвинение основывание натпоказаниях человека спустя 18 лет (если правильно запомнила). И естественно за такой большой отрезок времени ты многое забудешь и будешь додумывать. И видя, что эти показания просто смешны Гинзбург в своей работе и попытался докопаться до истины. Как все могло происходить. И это не просто анализ стенограммы суда, а это анализ историка, который выдвигает свои догадки и предположения на основе еще других источников и фактов. И также обращает внимание на несостыковки в разговорах. Доказывая, что исторические методы можно использовать не только в истории.

Fikr bildirish

Alex W.taassurotlarni ulashish5 yil oldin

👎Tavsiya etmayman

1 kishiga yoqdi

Fikr bildirish

Василий А.taassurotlarni ulashish1 yil oldin

👍Tavsiya etaman

💡Axborot beruvchi

🎯Foydali

Fikr bildirish

Iqtiboslar35

Василий А.iqtibos olmoqda2 yil oldin

асти, которыми обычно занимались совершенно разные люди [8]. Когда какой-либо эрудит (например, Анри Гриффе в своем «Трактате о различных видах доказательств, служащих для обоснования истинности истории», 1769 г.) сравнивал историка с судьей, внимательно анализировавшим доказательства и свидетельства, он сигнализировал о все еще не удовлетворенном запросе, насущность которого, вероятно, ощущалась все чаще и чаще. Несколько лет спустя это требование оказалось соблюдено в книге Эдварда Гиббона «The Decline and Fall of the Roman Empire» («Упадок и падение Римской империи», 1776 г.) — первом сочинении, в которо

1 kishiga yoqdi

Fikr bildirish

Василий А.iqtibos olmoqda2 yil oldin

История как особое умственное занятие сформировалась (как напомнил нам несколько лет назад Арнальдо Момильяно) на стыке медицины и риторики: историки рассматривают отдельные случаи и ситуации и, подобно врачам, разбираются в их естественных причинах, а

1 kishiga yoqdi

Fikr bildirish

Елизавета Благодетелеваiqtibos olmoqda2 yil oldin

Контекст, понятый как пространство исторически обусловленных возможностей, выполняет здесь определенную задачу — реконструировать фрагменты человеческой жизни, о которых не осталось документальных свидетельств.

1 kishiga yoqdi

Fikr bildirish