Елтышевы
Toʻliq oʻqish va tinglash
Bepul parcha
Роман «Елтышевы», знаковый для нулевых годов, надолго задал литературе особую тему «обычной российской семьи». Кто они? Они — «народ»? Насколько мы — Елтышевы? Что кроется в нашем характере, если надежды почти всегда оборачиваются крахом, радость — привычкой, природа — врагом, сила — вседозволенностью? Что эти и другие елтышевы сделали (или не сделали) для себя и страны двадцать лет назад?
Новое издание дополнено ретроспективой рецензий и современным взглядом на роман критика Константина Мильчина.
Роман Сенчин — прозаик, автор романов «Зона затопления», «Дождь в Париже», сборников короткой прозы и публицистики «Петля», «Нулевые», «Русская зима». Лауреат премий «Большая книга», «Ясная Поляна», финалист «Русского Букера» и «Национального бестселлера».
Новое издание дополнено ретроспективой рецензий и современным взглядом на роман критика Константина Мильчина.
Роман Сенчин — прозаик, автор романов «Зона затопления», «Дождь в Париже», сборников короткой прозы и публицистики «Петля», «Нулевые», «Русская зима». Лауреат премий «Большая книга», «Ясная Поляна», финалист «Русского Букера» и «Национального бестселлера».
Yosh cheklovlari: 18+
Huquq egasi: АСТ
Nashr sanasi: 2023
nashriyot: Редакция Елены Шубиной
Seriya: РЕШ: Белая книга
Qogʻoz sahifalar: 247
Bu seriyada
Kitobning boshqa versiyalari1
Елтышевы
·
4.2K
Taassurotlar455
На вопрос «Как дела?», обычно я машинально отвечаю «Да все в порядке» или «Отлично». Теперь мой ответ будет не машинальным, а взвешенным, осознанным. Потому что правда «Отлично» и правда «В порядке». После Елтышевых начинаешь пересматривать свою жизнь немного под другим углом. Углами.
«Уже через несколько минут после приезда Артем догадался, почему отец не брал его с собой ремонтировать дом, готовить место для вещей. Да, это была яма, ее черное, беспросветно черное дно. Черное, как бревна их жилища.
А дело всё во внутренних весах. Три, пять, десять мелочных проблем мы как гирьки наивно складываем вместе и раздуваем до крупной неудачи. При этом отмахиваемся от мыслей, что есть у нас противовес, чтобы все поправить: есть надежда, силы, время, условия и возможности, запас прочности в душе. Но мы все складываем, зацикливаемся, жалеем себя, жалуемся другим. Мол, что с того, что силы есть, нам все равно ведь плохо, а ресуры так-то у нас и вчера были, а вот проблемы не было. А теперь добавилась проблема. Гляди, вон их, уже на пять кило навалило. Сука жизнь.
Ан нет, оказывается сукой она станет, когда не останется у тебя ни сил, ни возможностей, ни веры, а рядом с маленькими гирьками-проблемами появятся серые, бесцветные валуны настоящих бед. Когда прижмет к земле так, что не пошевелиться, что захочется молить кого угодно о пощаде, сдаться, выдать все тайны. Но тайны никто и не спрашивал, а в ответ надавит еще сильней. В этот момент может подумается, всё, отмучался, подох. Нет жив. Ощущается только постоянное давление, от которого звон в ушах. А когда вдруг покажется, что сильнее невозможно, что даже у вселенной должно быть какое-то сострадание, счастливый случай, кто-то появится и поможет, тут-то оно уже сожмет до конца, сломает хребет, ребра и вдавит окончательно в черную густую грязь.
Елтышевы тяжелым бревном калибруют ваше восприятие. Безнадежно. Опустошающе. Остекленело. После прочтения, хочется встать, отряхнуться, хлестко надавать себе по щекам, включить свет в каждой комнате, чтобы нигде не оставалось ни одного темного угла. А затем делать, делать, хоть что-то делать. Будто локомотивом переть вперед, пока есть возможность, энергия, силы. Сохранять что есть, радоваться тому, что прибывает. Не замуровывать себя в себе. Не жаловаться и не чернеть, прогнивая изнутри под серым, бесконечно моросящим дождем. Жить. Изо всех сил.
44 kishiga yoqdi1 ta fikr
Автору - браво!
Спокойный, холодный, но абсолютно беспощадный рассказ о жизни. Знаете, такими книгами людей, потерявших силы что-то делать, можно приводить в чувство. И есть там надежда.
30 kishiga yoqdi1 ta fikr
