Ангел в доме: жизнь одного викторианского мифа
Женщина-вамп, старая дева и падшая женщина: исследование культурных архетипов
Устоявшийся взгляд на викторианскую эпоху позиционирует женщину этого периода как бессильную заложницу общественной морали. Нина Ауэрбах предлагает пересмотреть данный стереотип и увидеть, как женщина, отвергнутая истеблишментом, оказывается в центре викторианского культурного мифа. Книга фокусируется на трех ключевых образах викторианского периода: женщины-вамп, старой девы и падшей женщины. От Джона Стюарта Милля, Томаса Карлейля и Джона Рескина до картин прерафаэлитов и карикатур — викторианское культурное воображение, вопреки тяге к науке и рационализму, связывало женские образы со сверхъестественной энергией и новыми формами субъектности. Автор ставит перед собой задачу исследовать миф, с помощью которого люди викторианской эпохи справлялись с кризисом веры, — миф, способный вернуть современной женщине прошлое, наделяющее ее неожиданной силой. Нина Ауэрбах — почетный профессор Пенсильванского университета.
Yosh cheklovlari: 18+
Nashr sanasi: 2026
nashriyot: Новое литературное обозрение
tarjimon: Инна Кушнарева
Qogʻoz sahifalar: 278
Taassurotlar 6
👎Tavsiya etmayman
как и многие другие переводные книги по социально-гуманитарному знанию, эта написана ужасающим языком, через который совершенно непонятно ради чего продираться "намеренная причудливость образности девяностых проливает свет на более ранние идеалы респектабельности и более поздние конвенции передовой мысли" -- и вот так в каждом абзаце. как говорится, сказать-то что хотели?
8 kishiga yoqdi
👎Tavsiya etmayman
Невозможно читать, поток сознания, даже не разбитый на абзацы
1 kishiga yoqdi
👎Tavsiya etmayman
К сожалению, не продраться сквозь текст. Скорее всего, вопросы к переводчику. Очень жаль, очень важная книга.
Iqtiboslar 360
добрая женщина являлась ангелом, который растворяется в семье и существует только как дочь, жена и мать. Вирджиния Вулф заявила, что ни одна женщина не может писать, пока не убьет этого самоотверженного ангела
4 kishiga yoqdi
Русалка — более инклюзивный персонаж, чем ангел, потому что она — олицетворение трансформации и таинственных взаимосвязей, способное убить и возродиться, но не умереть, тайно использующее свои силы, имеющие мистическую, дохристианскую, дочеловеческую природу.
4 kishiga yoqdi
записки Сьюарда делают из Люси одну из первых в истории героинь психиатрического кейса и одновременно несказанно романтический образ женственности конца века.
2 kishiga yoqdi