Выживший на адском острове
В сентябре 1942 года на одном из балтийских островов немцы провели испытания новейшего оружия большой мощности. В качестве мишени нацисты использовали местный концлагерь, который в итоге был полностью уничтожен. Однако, одному из узников не только удалось выжить, но и связаться с действующим подпольем. Информация о новом оружии массового поражения дошла до Москвы. Руководство НКВД приказывает группе майора Максима Шелестова завладеть секретной документацией по производству снарядов и, по возможности, уничтожить сам завод…
Yosh cheklovlari: 16+
Huquq egasi: Издательство ЭКСМО
Nashr sanasi: 2022
nashriyot: Издательство «Эксмо»
Qogʻoz sahifalar: 219
Bu seriyada
Kitobning boshqa versiyalari 1
Выживший на адском острове
·
Александр ТамониковIqtiboslar 27
Свои я знаю, они выдержат.
– Добро, пошли. Вдвоем принесем?
– Тяжело. А из меня какой носильщик?
Подошел Сосновский:
– Что за дела, бродяги? – Ему объяснили. – Какие дела? Матис будет здесь, а мы вчетвером принесем. Только скажи, где твой катер и как найти эти сходни.
– Они выставлены на причал, катер знает Шпор.
– Так пошли.
Они поставили сходни к открытому кузову. Получилось неплохо: и не круто, чтобы сорвалось, и не слишком полого, чтобы скатиться.
Подъехал «Мерседес». Шелестов вывел главного конструктора, спросил у своих:
– Нашли способ, как доставить боевую часть на катер?
– Нашли, командир.
Шелестов повернулся к Айзенбергу:
– Лечь!
– Что? – не понял конструктор.
– Лечь, я сказал! Товарищ Матис, оружие есть при себе?
– Пистолет!
– Держите на прицеле этого ученого, если дернется, ни в коем случае не убивать, выстрелить в ногу.
– Понял.
Майор перевел взгляд на подчиненных:
– Ну что, зацепили? Снимаем боевую часть. Радиостанцию оставить Матису.
Четверо офицеров скатили боевую часть снаряда, прокатили до катера. Туда же перетащили сходни. Матис подвел Айзенберга, принял радиостанцию.
На катер сначала загрузили боеголовку, уложили ее на корме, в одном из отсеков для рыбы, накрыли неводом, сверху железными плитами.
Шелестов передал Сосновскому:
– Красивое имя. И когда ты успел познакомиться?
– Перед самым выходом. В метро разговорились, я проводил ее до общежития.
– И остался там?
– Нет! Я знаю, как ухаживать.
– Молодец, но лучше помолчи и смотри за хреновиной, что передал Цветов. Если уж ее содержимое может без взрыва уничтожить заряд, который сметает целые города, то суденышко нашего немецкого друга затопит в момент. Кстати, вместе с нами.
– Скучный ты стал, командир. Все, молчу.
Сосновский отодвинулся от Шелестова.
Майор посмотрел на часы. Полчаса в море. Еще столько же.
Но катер дошел раньше, в 21.50 по местному, в 23.50 по московскому времени. Разница незаметная, но иногда это решает очень многое.
В 22.20 катер плавно ткнулся в причал.
Матис спрыгнул на доски, закрепил судно.
Шелестов осмотрелся. Силуэты домов и особенно кирхи были едва заметны в темноте. Не горел ни один фонарь. Майор удивился, он думал, что в Германии должно быть иначе. Решил, что это сделано в целях маскировки. Все же не так далеко до берегов Британии, а самолеты королевских ВВС частенько навещали эти места.
Матис объявился минут через пять, махнул рукой. Группа, забрав снаряжение, сошла на берег. Матис предупредил:
– Спокойней, товарищи, на берегу никого нет, а мой участок прямо перед вами. Идите за мной.
В доме было чисто, по-немецки аккуратно, несмотря на отсутствие хозяйки. Окна закрыты плотной материей – светомаскировка. Еще в прихожей Матис снял с гвоздя керосиновую лампу и зажег ее. Провел гостей на кухню. Предложил оставить поклажу в прихожей, но Шелестов запретил.
– Ну вот мы и дома, – выдохнул хозяин, – вы извините, я сниму протез, натер культю, сил нет таскать, потом накормлю вас и покажу комнаты.
– На южной стороне. Здесь недалеко.
– Вы один на судне?
– Да.
– Ведите.
Матис провел офицеров к катеру. Он оказался старым, местами ржавым, но это и понятно: где простому рыбаку взять деньги на новый, хорошо хоть этот сумел купить. Они поднялись на борт и разместились в грузовом отсеке, куда обычно складывают улов. Сидений не было, пришлось садиться на сумки.
Матис занял место в рубке, и судно медленно отошло от берега. Несмотря на внешний вид, дизель работал как часы.
Заметив улыбку на лице Шелестова, Сосновский спросил:
– Чему улыбаешься, командир?
– Тому, что нас не сбили в воздухе, не потопили в море и не разбомбили в Кронштадте.
– Да, в этом плане операция началась удачно. Вот бы еще она так закончилась.
– Ты сомневаешься?
– Ну что вы! Мы обязательно победим. Перебьем всех врагов на их территории, захватим кого надо, подорвем что нужно, вернемся на остров, оттуда – в Москву. Я, кстати, познакомился с одной девушкой, она работает на заводе токарем, представляешь?
– И как зовут эту несчастную?
– Почему несчастную?
Шелестов вздохнул:
– Потому что ты, Миша, интеллигент, а с интеллигентом рабочей девушке ужиться будет трудно. У вас, аристократов, все не как у людей. И вилки с ножами подавай, и в театр, как в наряд, обязательно ходи. Главное не в том, нравится или нет, главное – сходить. Поддержка, так сказать, положения.
– Ты это серьезно, командир?
Шелестов улыбнулся:
– А что, разве не так? Хотя какой ты теперь интеллигент? Служба в группе перевоспитала тебя. Так как зовут девушку?