– На южной стороне. Здесь недалеко.
– Вы один на судне?
– Да.
– Ведите.
Матис провел офицеров к катеру. Он оказался старым, местами ржавым, но это и понятно: где простому рыбаку взять деньги на новый, хорошо хоть этот сумел купить. Они поднялись на борт и разместились в грузовом отсеке, куда обычно складывают улов. Сидений не было, пришлось садиться на сумки.
Матис занял место в рубке, и судно медленно отошло от берега. Несмотря на внешний вид, дизель работал как часы.
Заметив улыбку на лице Шелестова, Сосновский спросил:
– Чему улыбаешься, командир?
– Тому, что нас не сбили в воздухе, не потопили в море и не разбомбили в Кронштадте.
– Да, в этом плане операция началась удачно. Вот бы еще она так закончилась.
– Ты сомневаешься?
– Ну что вы! Мы обязательно победим. Перебьем всех врагов на их территории, захватим кого надо, подорвем что нужно, вернемся на остров, оттуда – в Москву. Я, кстати, познакомился с одной девушкой, она работает на заводе токарем, представляешь?
– И как зовут эту несчастную?
– Почему несчастную?
Шелестов вздохнул:
– Потому что ты, Миша, интеллигент, а с интеллигентом рабочей девушке ужиться будет трудно. У вас, аристократов, все не как у людей. И вилки с ножами подавай, и в театр, как в наряд, обязательно ходи. Главное не в том, нравится или нет, главное – сходить. Поддержка, так сказать, положения.
– Ты это серьезно, командир?
Шелестов улыбнулся:
– А что, разве не так? Хотя какой ты теперь интеллигент? Служба в группе перевоспитала тебя. Так как зовут девушку?
Kirish yoki roʻyxatdan oʻtish sharh qoldirish uchun