Петербург
Audio talqin Yandex Plus multi-obunasida mavjud
Андрей Белый (Борис Николаевич Бугаев) — одна из ключевых фигур Серебряного века, оригинальный и влиятельный символист, создатель совершенной и непревзойденной по звучанию поэзии и автор оригинальной «орнаментальной» прозы, высшим достижением которой стал роман «Петербург», названный современниками не прозой, а «разъятой стихией». По словам Д.С. Лихачева, Петербург в романе — «не между Востоком и Западом, а Восток и Запад одновременно, т.е. весь мир. Так ставит проблему России Белый впервые в русской литературе».
Yosh cheklovlari: 16+
Qogʻoz sahifalar: 596
Kitobning boshqa versiyalari 4
Петербург
·
Андрей БелыйПетербург
·
Андрей БелыйПетербург
·
Андрей БелыйПетербург. С комментариями от проекта «Полка»
·
Андрей Белый2.4K2 369 ta kitobxon
Yana kitob haqida
Taassurotlar 83
Одна из любимых книг из университетского списка. По количеству отсылок и связей почти что постмодернистский роман, действие которого произносит в пространстве между реальностью и иллюзией
9 kishiga yoqdi1 ta fikr
👍Tavsiya etaman
💡Axborot beruvchi
🎯Foydali
🚀Ajralish imkonsiz
Монументальный роман, ожившая панорама Петербурга начала XX века. Было очень интересно созерцать столичную жизнь того времени, подробно переданную А. Белым. Отдельно отмечу систему комментариев в данном издании - она позволяет полнее уловить смыслы и раскрывает нюансы того времени, незнакомые современному читателю.
7 kishiga yoqdi
Iqtiboslar 14245
Петербургские улицы обладают несомненнейшим свойством: превращают в тени прохожих; тени же петербургские улицы превращают в людей.
14 kishiga yoqdi
Ты, Россия, как конь! В темноту, в пустоту занеслись два передних копыта; и крепко внедрились в гранитную почву – два задних.
9 kishiga yoqdi
циркулировал он в бесконечность проспектов, преодолевал бесконечность, без всякого ропота – в бесконечном токе таких же, как он, – среди лёта, грохота, трепетанья пролеток, слушая издали мелодичный голос автомобильных рулад и нарастающий гул желто-красных трамваев (гул потом убывающий снова), в непрерывном окрике голосистых газетчиков.
Из одной бесконечности убегал он в другую; и потом спотыкался о набережную; здесь приканчивалось все: мелодичный глас автомобильной рулады, желто-красный трамвай и всевозможный субъект; здесь был и край земли, и конец бесконечностям
8 kishiga yoqdi
