Я раздеваю труп разлуки, его нога — это соседняя комната, в которой ты должен или должна быть, но тебя там нет, что там происходит? Первосцена / твое зачатие / измена / кровная месть? Эту комнату можно помыслить как прозрачный кристалл, куб, набитый черным дымом до предела, видно только, как кувыркаются кудри дыма, посмотри же туда невооруженными глазами, постучись, постучись еще раз. Пальцы трупа — наверное, Рим, что в них застрял, тупики и перекрестки. Руки — это необходимый отсутствующий голос, за отсутствие которого можно ухватиться своими руками, он повторяет одни и те же слова, вроде ЗА ТВОИМ ЭКРАНОМ НАБЛЮДАЮТ или ОНО ПОЛЗЕТ ПОЛЗЕТ ПОЛЗЕТ. Живот трупа — это целый Ясон, со своими руками и ногами, со своим кораблем. Голова трупа — это сгоревший прямо на колеснице поэт, это я, Публий Овидий Назон.
