Истоки постмодерна

 Истоки постмодерна

Toʻliq oʻqish va tinglash
Bepul parcha
O‘qish
Что такое постмодерн — стиль, философия, мировоззрение или диагноз эпохи?
«Истоки постмодерна» Перри Андерсона — это книга о том, как родилась и закрепилась одна из самых влиятельных идей второй половины XX века. Постмодерн здесь предстает не как отвлеченное философское понятие или мода, а как симптом глубоких изменений в культуре и политике. Андерсон показывает, что за этим термином скрывается не только игра форм в искусстве, но и радикальное переосмысление самой идеи истории, прогресса и будущего.
Кризис модернизма, падение веры в универсальные проекты, глобальный переход к новому этапу капитализма — все это составляет фон, на котором оформляется постмодерн. Он выражается в искусстве, которое отказывается от строгих правил, в философии, которая разрушает прежние авторитеты, и в политике, которая все больше зависит от медиа и образов.
Перри Андерсон детально анализирует ключевые тексты и дискуссии, чтобы показать: постмодерн — это не «мода 80-х», а фундаментальный сдвиг в культуре, последствия которого мы ощущаем до сих пор.

Oʻxshash kitoblar

Kitobning boshqa versiyalari1

Истоки постмодерна
Истоки постмодерна
·
Перри Андерсон
Oʻqib boʻldingizmi? Fikringiz qanday?

Taassurotlar4

Vladimir Maestro
Vladimir Maestrotaassurotlarni ulashish5 oy oldin
👍Tavsiya etaman
💡Axborot beruvchi
10 апреля на ярмарке Non-Fiction во время презентации книги Фредрика Джеймисона "Изобретения настоящего" Александр Павлов упомянул эту книгу Перри Андерсона. Я обратил на это упоминание внимание и начал её читать/слушать и осилил её за несколько дней с большим удовольствием от процесса. "Здесь в дело вступает некая другая, куда более серьезная трудность. То, что Джеймисон поженил эстетику и экономику, дало результат в виде удивительной тотализации постмодернистской культуры как целого, чье действие, заключающееся в «когнитивном картографировании», функционирует – в соответствии с ее намерением – как замена диалектического сопротивления этой культуре. Однако ее точка приложения силы необходимо остается в этом смысле за пределами системы. Внутри же ее Джеймисон склонен скорее к наблюдению, нежели к вынесению суждений."
2 kishiga yoqdi
Fikr bildirish
👍Tavsiya etaman
Книга о Джеймисоне и его идеях.
Fikr bildirish
Николай
Николайtaassurotlarni ulashish1 oy oldin
👎Tavsiya etmayman
🙈Hech bir narsa tushunarli emas
💡Axborot beruvchi
🎯Foydali
💤Zerikarli
Fikr bildirish

Iqtiboslar220

Здесь в дело вступает некая другая, куда более серьезная трудность. То, что Джеймисон поженил эстетику и экономику, дало результат в виде удивительной тотализации постмодернистской культуры как целого, чье действие, заключающееся в «когнитивном картографировании», функционирует – в соответствии с ее намерением – как замена диалектического сопротивления этой культуре. Однако ее точка приложения силы необходимо остается в этом смысле за пределами системы. Внутри же ее Джеймисон склонен скорее к наблюдению, нежели к вынесению суждений.
1 kishiga yoqdi
Fikr bildirish
Темы Джеймисона столь же серьезны, как и все темы его традиции. Но легкие брызги изумления и радости – шансы на счастье при смене эпох – всегда сопутствуют тягостности даже самых мрачных его наблюдений. «Волновать, наставлять, услаждать». Если и некоторые другие протестные мыслители смогли столь же близко подойти к целям искусства, то, несомненно, отчасти случайно. Джеймисон способен вызвать очень сильные, почти что физические переживания, забыть которые столь же трудно, как переживания, вызванные Сартром, но настроение будет совершенно иным: скорее эйфория, нежели отвращение. Удовольствие разума и воображения не менее ярки, чем чувственные удовольствия. Жар, которым Джеймисон наделяет объекты, понятия и вымыслы, – тот же[149]. Одно дело – биографические источники этого тепла, другое – философские предпосылки. За этим согласием с миром лежит глубоко гегельянская форма джеймисоновского марксизма, отмеченная многими критиками[150], которая дает ему силы встретить лицом к лицу бедствия эпохи и продираться сквозь ее неразбериху с бесстрашной невозмутимостью. Категории вроде оптимизма или пессимизма не имели места в гегелевской мысли. Работу Джеймисона нельзя охарактеризовать как оптимистическую в том смысле, в каком мы можем сказать, что традиция западного марксизма была пессимистической. Его позиция всегда была реалистической. «История – это то, что ранит, отрицает желание и устанавливает безжалостные рамки как индивидуальной, так и общественной практике»; прежде всего «это относится к неотвратимой неудаче абсолютно всех революций, которые имели место в человеческой истории»[151]. Однако подавить утопические желания нелегко, и они имеют тенденцию возвращаться в самом неожиданном обличии. Еще и это – глубоко укоренная воля к изменению – делает работу Джеймисона притягательной за пределами пресыщенного Запада.
Fikr bildirish
Ибо, как мы читаем в первой фразе «Постмодернизма»: «Надежнее всего схватить понятие постмодерна как попытку исторически помыслить настоящее – в эпоху, которая первым делом забыла о том, что значит мыслить исторически»[146].
Fikr bildirish

Javonda8

Нон-фикшн всех сортов
Вероника
Вероника
1 724 kitob
382
Издательский проект "Лёд"
Издательство АСТ
Издательство АСТ
103 kitob
196
inbox
S.
S.
1 004 kitob
54
ебж
Tatiana Lemuriana
Tatiana Lemuriana
63 kitob
2