Святочные истории

Toʻliq oʻqish va tinglash
Bepul parcha
Святки — удивительный период времени: один год приходит на смену другому, и кажется, что все горести останутся в прошлом, а будущее, которое приоткрывает свои тайны, будет наполнено добром и справедливостью. Эта атмосфера праздника вселяет веру в возможность чуда. Святочные истории всегда пользовались успехом у читателей, к ним обращались многие известные авторы.
В сборнике публикуются рассказы и повести русских писателей XIX–XX вв. — А. А. Бестужева-Марлинского, В.И. Даля, Д.В. Григоровича, А.П. Чехова, И.А. Бунина и др., объединенные темой Святок. Н.С. Лесков дал одно из самых известных определений святочного рассказа: от него «непременно требуется, чтобы он был приурочен к событиям святочного вечера — от Рождества до Крещенья, чтобы он был сколько-нибудь фантастичен, имел какую-нибудь мораль, хоть вроде опровержения вредного предрассудка, и наконец — чтобы он оканчивался непременно весело… он должен быть истинное происшествие!» И вместе с тем «пестрота» сюжетной и философской наполненности святочных рассказов свидетельствует об отсутствии каких-либо строгих канонов: произведения, включенные в это издание, демонстрируют разнообразие авторских подходов к святочной тематике.

Oʻxshash kitoblar

Oʻqib boʻldingizmi? Fikringiz qanday?

Iqtiboslar23

Ты хочешь, друг, прикрыть благоразумными словами глупую робость!
Fikr bildirish
Когда Дрэп начинал думать о своей работе или же просто вспоминал ее, ему казалось, что не было совсем в его жизни времени, когда не было бы в его душе или на его столе этой работы. Она родилась, росла, развивалась и жила с ним, как развивается и растет человек. Для него была подобна она радуге, скрытой пока туманом напряженного творчества, или же видел он ее в образе золотой цепи, связывающей берега бездны; еще представлял он ее громом и вихрем, сеющим истину. Он и она были одно.
Fikr bildirish
Подобные случаи столь обыкновенны для каждого из нас, что я, схватясь за облучок, преспокойно лежал внутри и, так сказать, любовался этой быстротой путешествия. Никто из иностранцев не может постичь дикого наслаждения — мчаться на бешеной тройке, подобно мысли, и в вихре полета вкушать новую негу самозабвения.
Fikr bildirish