Полгода в красной России. Репортаж американской журналистки из страны большевиков
Американская журналистка становится свидетельницей Октябрьской революции
Американская журналистка и феминистка Луиза Брайант приезжает в Россию за два месяца до Октябрьской революции, когда старый порядок рухнул, а новый еще не установился. Ей удается невозможное: получить пропуска от всех враждующих сторон и оказаться по обе стороны баррикад. Брайант не пишет историю с безопасного расстояния — она мерзнет в очередях за хлебом, бродит по коридорам осажденного Зимнего дворца, становится свидетелем уличных столкновений и сама попадает под пули. Она видит, как вчерашние
Yosh cheklovlari: 16+
Huquq egasi: Издательство ЭКСМО
Nashr sanasi: 2026
nashriyot: Individuum
tarjimon: Дмитрий Иванов
Qogʻoz sahifalar: 252
Kitobning boshqa versiyalari 1
Полгода в красной России. Репортаж американской журналистки из страны большевиков
·
Луиза БрайантTaassurotlar 6
👍Tavsiya etaman
💡Axborot beruvchi
🚀Ajralish imkonsiz
Не каждый день встречаешь заметки путешественницы по революционной России столетней давности практически в формате блога. Немного предвзято, не зря же она социалистка, но весьма профессионально описана революционная повседневность. Иностранный взгляд журналистки порой видит весьма любопытные детали.
1 kishiga yoqdi
👍Tavsiya etaman
💡Axborot beruvchi
🚀Ajralish imkonsiz
Мне книга очень понравилась! Ёмкое, детальное изложение эпохальных событий России начала 20 века американской журналисткой, написанное с куда большим уважением к нашей стране, чем работы многих отечественных авторов. В общем — рекомендую всенепременно 🤘
Iqtiboslar 98
Позже я узнала, что в России никто не обращает внимания на объявления: читают, а затем поступают по-своему
1 kishiga yoqdi
Коллонтай поразила их еще больше, заявив, что впредь на собраниях будут обязаны присутствовать все сотрудники, и предложения уборщиц будут рассматриваться наравне с предложениями профессиональных филантропов. У всех будут равные шансы на продвижение по службе.
1 kishiga yoqdi
Одним из способов, которым Коллонтай обеспечила деньги на неотложные нужды, было введение заоблачно высокого налога на игральные карты, которые приходилось покупать через ее отдел. Игральные карты в России, как и в большинстве европейских стран, всегда находились в государственной монополии, а прибыль от их продажи шла на благотворительность. Коллонтай увеличила цену с тридцати рублей за дюжину колод до трехсот шестидесяти рублей.