Дом вдали от дома: художники-эмигранты из Российской империи в Стамбуле.
Работа Екатерины Айгюн раскрывает ранее неизвестные аспекты жизни и творчества художников, скульпторов и фотографов-эмигрантов из бывшей Российской империи, поселившихся в Константинополе/Стамбуле в 1920–1930-е годы. В книге рассмотрены такие части города как Пера/Бейоглу, Галата, Исторический полуостров, Принцевы острова и Полонезкёй. Издание будет интересно широкому кругу читателей, включая исследователей русского зарубежья, искусствоведов, востоковедов, а также жителей Стамбула или тех, кто мечтает посетить этот город.
Yosh cheklovlari: 16+
Huquq egasi: WebKniga.ru
nashriyot: Музей ГАРАЖ
Seriya: ГАРАЖ.txt
Qogʻoz sahifalar: 316
Bu seriyada
6
8
13
20
Taassurotlar 4
Интересная задумка книги, но весьма суховато, много фактов, имен, которые просто перечисляются для галочки, чисто был человек и нет... Труд большой, но читать сложно и нудновато...
1 kishiga yoqdi
Iqtiboslar 146
Популярность Беккеру принесли не только его воспитание, талант и образование (он окончил Императорскую Академию художеств), но и тесные контакты с русской аристократией. Он писал портреты Юсуповых, Строгановых, Мамонтовых и многих других влиятельных людей. Более того, художник был достаточно хорошо знаком с представителями императорского дома и даже успел создать портреты некоторых из них в дни революции 1917 года. По словам корреспондентов журнала «Театр и жизнь», «это были последние портреты особ Императорского Дома, написанные русским художником на Русской Земле»31. Всего этого оказалось более чем достаточно, чтобы не только бывшие соотечественники, но и элита константинопольского общества выстроились в очередь.
В начале 1920-х одним из самых известных в Константинополе членов Союза был художник Николай Беккер. Прославившийся как портретист, он был удостоен двух персональных выставок (1921, 1922), причем не где-нибудь, а в «Пера Палас» — лучшем отеле города, который спроектировал знаменитый османский архитектор Александр Валлори для состоятельных пассажиров Восточного экспресса, что курсировал между Парижем и Константинополем
Любопытно, что наряду с рисунками художник показал «небольшую, но ценную коллекцию старинного русского фарфора»23. В начале 1920-х такую коллекцию можно было запросто собрать в местных комиссионных магазинах, но, судя по тексту «Жизнь на Фукса», Зарецкий умудрился привезти ее морем из бывшей Российской империи24. Тут стоит сказать, что Зарецкий вообще был заядлым коллекционером. Под конец жизни его крохотная комнатка в доме престарелых под Парижем была завалена книгами, альбомами, фотографиями, гравюрами и другими материалами, в том числе газетными вырезками по истории и культуре Османской империи25.