Двоеточие
Тексты Галины Ермошиной — «письма миру», развивающие традиции Эмили Дикинсон и Елены Гуро, Розмари Уолдроп и Владимира Казакова. Не самовыражение, но бережное вглядывание, выстраивание диалога с людьми и предметами в их индивидуальности и сложности. Одновременность касания и удаления, радости и безнадежности, иронии и ответственности. Подвижный мир превращений, децентрирующего взгляда и неиерархической логики, где есть и эклиптика, и кофейная шелуха, и набор греческих букв, и европейский пейзаж. Попытки уловить несловесное словами, воссоздать внутренние события при помощи ассоциаций, приходящих извне. Галина Ермошина — поэтесса, прозаик, эссеист. Автор книг стихов «Окна дождя» (1990), «Оклик» (1993), «Круги речи» (2005), книг стихотворений в прозе «Время город» (1994), «Оклик небывшего времени» (2007), «Песчаные часы» (2013). Переводит современную американскую поэзию (Р. Уолдроп, К. Кулидж, Л. Хеджинян, П. Джицци, Мей-Мей Берссенбрюгге, К. Фолькман, М. Мерфи и др.). Рецензии и статьи о современной литературе публиковались в журналах «Знамя», «Дружба народов», «Октябрь», «Новое литературное обозрение», «Цирк „Олимп“», «Русский журнал». Стихи переведены на английский, французский, итальянский, польский, китайский языки. Живет в Самаре, работает в библиотеке.
Yosh cheklovlari: 16+
nashriyot: Новое литературное обозрение
Seriya: Новая поэзия
Qogʻoz sahifalar: 87
Bu seriyada
Iqtiboslar 11
Но не спрашивай у хозяина Алефа, что за мир лежит в ящике его стола — этот город и этот день — случайность и моментальность точки посреди предложения. Зрячие пальцы у края стены отпускают в темноту вощеную бумагу с мертвыми письменами
1 kishiga yoqdi
Ты войдешь в лабиринт, не взяв пряжу, забыв про соль, потому что улитка всегда ползет к центру, а ты со своим веретеном встанешь лицом на запад и потеряешься в черных гниющих водорослях, когда у этого столетия испортятся батарейки.
Как ты устаешь в этом сегодня, почему не спишь из своего вчера — забери с собой в лодку воробьиные перья и рыбьи чешуйки. Которые из них теперь лишние, попробуй повтори — не иначе как те, что выпадут из рук. Твоя усталость — стрелолист и болиголов, повторяй все это как есть, как придется — медленно, почти без ошибок; тут, в настоящем времени его уже нет. Здесь придется читать долго и счастливо, почти как сказочную жизнь в конце книжки, не говори, он и сам все знает.