. Для просвещенного Запада Советская Россия была одновременно страной прошлого и будущего, вековая отсталость сталкивалась в ней с грандиозной утопией, но ее настоящее не представляло самостоятельного интереса. Взгляд советского руководства мало чем отличался: в 1931 году, выступая на Первой всесоюзной конференции работников промышленных предприятий, Сталин заявлял, что Советский Союз отстает от передовых стран на 50–100 лет и должен «пробежать это расстояние» за 10 лет, иначе его «сомнут»736. Сталин тоже не испытывал особого интереса к настоящему: советская действительность состояла для него из пережитков прошлого и обещаний будущего, и весь советский проект он воспринимал как великий перелом времен.
Этот дрейф во времени был ключевым для эпохи 1930-х: он определял отношения государства и с собственными гражданами, и с внешним миром. Советский Союз отставал от передовых западных стран и одновременно опережал их, строил будущее и параллельно спешно расправлялся с прошлым. После войны этой временнóй неопределенности был положен конец: Советский Союз перестал быть экспериментом, он стал государством и тем самым обрел настоящее
Внеждановщина. Советская послевоенная политика в области культуры как диалог с воображаемым Западом
·
Татьяна Шишкова
