«Возможно ли помыслить насилие не в качестве средства, а как нечто самоценное?» и дает на него положительный ответ: да, такое насилие есть, и это насилие жертвы и мистики, трагическое насилие жертвоприношения: «Я со всей силой настаиваю на… оппозиции между, с одной стороны, религиозным миром, миром трагедии и внутренних конфликтов, а с другой — миром войны, глубоко враждебным духу трагедии», — говорит он в 1938 году в одном из докладов для Коллежа социологии7. Именно такое насилие, вырванное из области средств, т. е. сферы профанного, и объявляется им сакральным — предельным выражением самой сущности человеческого бытия.
Святая негативность. Насилие и сакральное в философии Жоржа Батая
·
Алексей Зыгмонт
