сковороде лопаткой. Захлебываешься ей: «А Пе-е-етька-а-а…» Бабушка, не глядя в твою сторону, шелестит: «Подожди, ты штаны школьные переодел?» Отвечаешь: «Да, ну да же!» – торопишь время, событие распирает изнутри, перехватывает горло. Почти кричишь: «А Ва-а-аська-а-а…» Бабушка, все так же меланхолично помешивая что-то на сковороде, леденит слова: «Подожди секунду, а ты штаны повесил или на пол бросил? А то помнутся, в чем завтра в школу пойдешь?» Да повесил я, повесил! А Васька, а Петька! Щенок! Гипс! Бабушка остается в той же спокойной тишине: «Да, щенок… У него не было щенка?» Да как же так? Как же? Я же тебе рассказывал, как он о нем мечтал! Вот тут стоял – на этой самой кухне и тараторил, тараторил! Ты же слушала? Слышала? Слышала ли…
Пустота в комнате чувств
·
Аль Квотион
