Потом мир взрослеет. Или взрослеешь ты, а мир просто пытается быть тебе вровень. Наверное, он не меняется – этот мир, но, как лживый притворщик, бросается каждому в глаза именно таким, каким его хотят видеть. Мир-приспособленец, мир-флюгер, мир-проститутка… И все вокруг пропитывается тем тихим кухонным безразличием бабушки, которая не слушает и не слышит. Им пропитываешься ты сам, насквозь, оно течет во всех сосудах, сочится изо всех пор.
Вяло отмахиваешься: «Да, я выпил таблетку», «Да, я поужинал». Совершенно не имеет значения, правда это или нет. По большому счету, значения не имеет ничего. Петька разбивает щенку голову, Ваське ампутируют ногу. Слова бессмысленны. Люди бессмысленны.
Воцаряется тишина.
Пустота в комнате чувств
·
Аль Квотион
