Kitobdan iqtiboslar Монетарная политика XXI века. Эволюция Федеральной резервной системы от Великой инфляции до пандемии COVID-19muallif Бен Бернанке
так происходит всякий раз, когда инфляция превышает номинальные ставки. Как в конце 2021 года, когда инфляция ИПЦ превысила 6 %, а ставка
1 kishiga yoqdi
Чтобы помочь восстановить нормальное функционирование рынков краткосрочного капитала и рынков долговых обязательств Министерства финансов США, Федеральный резерв предоставил кредиты финансовым фирмам, испытывающим нехватку средств, и покупал на открытом рынке ценные бумаги Минфина и ипотечные ценные бумаги на сотни миллиардов долларов. Он снова ввел финансовые программы кризисного периода в попытке поддержать бизнес и рынки потребительского кредита.
В 1832 году президент Джексон, не доверявший банкам в целом и враждовавший с руководителем Второго банка Николасом Биддлем, запретил Конгрессу продлевать права на деятельность организации, воспользовавшись правом вето. Есть некоторая ирония в том, что на 20-долларовой банкноте ФРС изображен именно портрет Джексона. Против этого он не возражал.
Припоминая уроки прошлого кризиса, ФРС быстро взяла на себя роль кредитора последней инстанции. Она вливала средства на рынки с сентября, когда на сегмент РЕПО обрушились потрясения, но перед пандемией постепенно сворачивала этот процесс. 12 марта ФРС изменила курс, резко увеличив кредитование тонущих банков и дилеров, принимая в качестве залога гособлигации. К 16 марта Отдел открытых рынков ФРС Нью-Йорка ежедневно выдавал 1 триллион долларов в виде займов овернайт, наряду с еще 1 триллионом на более длительные сроки.
Доходность десятилетних гособлигаций выросла на одну-две десятых процентного пункта, а акции в этот день упали примерно на 2 %.
Новые принципы политической стратегии вызвали очевидный вопрос: почему у нас нет целевого показателя для уровня безработицы наравне с инфляцией? Причина заключалась в следующем. В долгосрочной перспективе денежно-кредитная политика – это основной фактор, определяющий уровень инфляции, но для уровня безработицы она далеко не ключевое обстоятельство. Разработчики политики могут установить целевой уровень инфляции и, не считая таких сложностей, как эффективная нижняя граница, ожидать достижения этого уровня, по крайней мере, в течение нескольких лет. Ведь не существует «естественного» уровня, к которому бы стремилась инфляция. В долгосрочной перспективе она отражает лишь действия лиц, ответственных за денежно-кредитную (и фискальную) политику.
С безработицей дело обстоит иначе. Хотя так же самая денежно-кредитная политика влияет на уровень занятости населения в краткосрочной перспективе, в долгосрочной в здоровой экономике безработица стремится к естественному уровню. И он определяется факторами, в значительной степени не зависящими от политики вовсе. К таким факторам относятся демографические показатели, квалификация рабочей силы, потребности и стратегии бизнеса (в частности, ставка на автоматизацию), а также эффективность рынка труда в плане подбора работодателей и работников. Кроме того, естественный уровень нельзя наблюдать напрямую, и он, скорее всего, не стабилизируется с течением времени. Таким образом, нельзя ожидать от разработчиков денежно-кредитной политики навыка бесконечно удерживать безработицу на произвольном долгосрочном целевом уровне.
Таким образом, наш план в 2 % был направлен на баланс между двумя компонентами двойного мандата. Инфляция должна быть достаточно низкой для ценовой стабильности. Но и не слишком низкой, иначе мы потеряем способность добиваться полной занятости в стремлении обеспечить определенное пространство для снижения ставок, не пересекая нижней границы
Верный знак пузыря – это всеобщая уверенность в том, что необычайному росту цен не будет конца.
Как показало ретроспективное исследование, изменения реальных процентных ставок (которые сами по себе не были полностью обусловлены денежно-кредитной политикой) могут объяснить лишь пятую часть роста цен на недвижимость в период с 1996 по 2006 год