Kitobdan iqtiboslar Муж и жена — одна сатанаmuallif Лира Алая
Путь к сердцу женщины найти не так сложно. Уважайте, заботьтесь и кормите. Все в равных пропорциях. Неплохо бы еще и любить качественно в самом неприличном смысле этого слова.
2 kishiga yoqdi
— Можешь с меня штаны снять, сопротивляться не буду, — клятвенно пообещал я.
— Да, ты прав. От тебя хотя бы не воняет, да и голова чистая.
Обласкала так обласкала. Самые лучшие комплименты от жены, можно не сомневаться
1 kishiga yoqdi
Сейнар огляделся, а потом резко подскочил ко мне и с размаху ударил.
— Чертова дьяволица! Мразь! Ты хоть представляешь, что я с тобой сделаю за своих людей! Тут была почти сотня элитных солдат!
— Думаю, у тебя фантазии не хватит, чтобы представить, что я сделаю с тобой, если ты не отойдешь от моей жены, — раздался голос Одена.
Не слабый, не сиплый, а вполне себе уверенный. Значит, восстановился полностью. И когда только успел, а?
Я попробовала встать, но ноги тут же подкосились. К счастью, Оден не дал мне упасть. Я хотела обнять его, посмотреть на него поближе, но он строго сказал:
— Не оборачивайся, пожалуйста. Не смотри на меня. А лучше — закрой глаза.
— Ты меня не напугаешь. — Я никогда не боялась силы Одена, потому его предложение показалось мне смешным.
— Я — нет, но она может. На самом деле я просто не хочу, чтобы ты встречалась с ней глазами.
Она? Смерть? Пожалуй, лучше я послушаюсь Одена.
Не было ни криков, ни стонов, просто через некоторое время Оден произнес:
— Можешь открыть глаза.
— Что же, — я покосилась на скелеты, которые начинали исчезать, — скоро будет коронация и новый король?
— И куча работы. Надеюсь, отпуск предусмотрен. Иначе у нас не останется времени для самого важного.
— И для чего же?
— Для поцелуев. И того, чем мы занимались прошлой ночью.
— Тогда мы можем начать делать запас на будущее прямо сейчас.
Даже спустя годы моим лучшим поцелуем оставался тот, с привкусом пепла и крови.
— Так что, Игнис, отступать не собираешься?
Я лишь улыбнулась в ответ.
— Тогда могу дать тебе последнее слово, — щедро предложил король.
Смешно, но отказываться я не собиралась.
— Хвергельмир.
И мир залил огонь.
— Игни, мне не нравится твой план. Потому что сколь бы сильна ты ни была, с таким количеством тебе в жизни не справиться. А Одена и склеп защитит...
— То есть ты предлагаешь мне бросить своего мужа здесь? А вдруг его убьют?! За кого ты меня принимаешь?! — Я развернулась в сторону Ксантоса, готовая как минимум покалечить этого идиота.
— Ксантос прав, — тихо произнес принц, но потом в его голосе появилась сила, а взгляд стал решительным: — Если отец захочет вас убить, вы ничего не сможете ему противопоставить. Может, я в чем-то и наивен, но понимаю все быстро. И не собираюсь оставлять вас, леди Игнис, на верную смерть.
— А Одена, значит, собираешься?
Лучше бы эти двое — Ксан и принц — побыстрее сматывались. Потому что скоро никакой король с армией не понадобятся, чтобы убить этих двоих. Я лично отправлю их на тот свет за дурацкие предложения!
— Отец ведет целую армию, армию не только искусных воинов, но и магов! Это безумие! Я не хочу, чтобы ты умирала! Не хочу, чтобы умирал Оден! Но если у меня есть выбор, то я предпочел бы, чтобы умер он один, а не вы вдвоем! — выкрикнул принц.
Кажется, до него начало доходить, в какой ситуации мы оказались.
Но его слова лишь разозлили меня.
— Да ты знаешь, кто я?! Я Игнис Огненная, сильнейший маг огня в этой стране! С моим именем на губах умирали целые армии, проклиная или вознося молитву. Меня называли огненным дьяволом и отродьем, меня считали исчадием ада на Земле. И ты думаешь, что я струшу? Что брошу мужа здесь одного, в надежде, что какие-то жалкие косточки его предков станут более сильной защитой, чем я? Ксантос, скажи, что ты слышал о моем высшем заклинании?
— Ничего. Его держат в строжайшей тайне. Я так ничего и не узнал.
— Тогда знайте. Мое высшее заклинание — «Хвергельмир». А после него — «Нифльхейм».
— Стой-стой, «Нифльхейм» — это же из категории вечного льда и тьмы. Какое отношение это заклинание может иметь к магу огня?
— После того как все здесь превратится в кипящий котел, землю необходимо остудить. Равновесие, Ксан, равновесие — основа всего сущего. Иногда ради него магия делает исключение. Например, позволяет магу огня использовать противоположную стихию, чтобы сохранить пресловутое равновесие. Огонь выжжет, уберет всю гниль, заставив землю пылать. А лед остудит ее, и ветра тьмы развеют пепел по земле. Поэтому...
— Поэтому мы с принцем валим подальше! — рявкнул Ксантос, хватая принца за руку.
Вот за что уважаю своего друга, так это за способность весьма быстро соображать.
— Нам надо было убегать полчаса назад. А ты Одена не спалишь вместе с врагами?
— Не расстраивайся, Селест вас подвезет. Он ждет в конце тропинки. Вполне возможно, доедает кого-то из врагов. — Я рассмеялась. — На Одене брачная вязь, он мой партнер, потому ни одно мое заклинание не способно причинить ему вред.
Как ты думаешь, что я чувствую? — спросил Бертс.
— Счастье? — робко предположил Оден, рассматривая дядю, выглядящего счастливым и умиротворенным.
— Верно. И для этого, заметь, мне совсем не понадобились магия и меч. Стремиться быть сильным — хорошо, но в жизни это не главное, понимаешь? Твое счастье не зависит от того, будешь ты сильным или слабым, бедным или богатым, умным или глупым. Твои родители и близкие люди не станут любить тебя меньше за то, что ты не владеешь магией или же не можешь кого-то победить. По такой глупой причине не любить себя можешь только ты сам.
Теперь Оден все понял. И впервые за всю свою сознательную жизнь решил не волноваться о том, что магии у него никогда не будет.
На будущее, Оден. Никогда не лишай свою женщину ухаживаний, даже если она тебя безмерно любит и готова выйти за тебя замуж хоть сейчас...
— Пока эти милые песики со мной и двигаются, с Оденом точно все в порядке. — Я привычно похлопала по холке своих костяных сопровождающих.
А они взяли и… рухнули.
— Игни, скажи, пока меня не было, ты нарастила мускулы или?..
— Или! — ответила я, стремглав бросившись к выходу из храма.
Да уж, пожалуй, бежала я быстрее Селеста. Да и Ксан с принцем не отставали. Слева я заметила Тень — одного из вечных слуг принца, специалиста в убийствах.
К счастью, ничего непоправимого за время моего отсутствия не случилось: Оден был жив и здоров, хотя на вид и бледноват. Слева чьей-то ногой хрустел Селест.
Скомандовав последнему выкинуть дрянь изо рта, я опустилась рядом с Оденом:
— Как так? Ты же не чувствовал этих костей, когда мы подъехали!
— Потому что эти умные тварюшки их экранировали. И, как только я остался один, стали постепенно снимать экраны. Кажется, я заработал магическое истощение. И у тебя чертовски полезный конь. Как поправлюсь, верну ему должок.
— Хватит болтать! — Я перешла на магическое зрение и с неудовольствием отметила, что Оден совсем не пошутил насчет истощения. — И как твоя сила восстанавливается? Мне надо кого-нибудь убить?
— Нет, достаточно поместить меня в какой-нибудь древний склеп. Я там посплю и буду как новенький.
— Как раз в часе пути отсюда есть один такой, — сказал Ксан.
Видимо, уже успел полностью проверить окрестности.
— Но это наверняка ловушка, — вздохнул принц Астор.
— Разумеется, ловушка. Но если Оден не восстановит силы после магического истощения, его магическая сила может снизиться или даже пропасть.
— В любом случае, — сказал принц Астор, запрыгивая на своего коня, — враг не ожидает нас всех, он ждет только Одена. И, возможно, тебя.
— Возможно. Особого выбора все равно нет. Я не собираюсь рисковать магическим здоровьем Одена.
— Оден, если внутри храма кости твоего отца, тебе лучше остаться снаружи. Чувствуешь их присутствие?
— Нет, внутри костей нет. И вообще поблизости их не чувствую. Но...
О, я прекрасно видела, как он хотел возразить, возмутиться, но смолчал. Вздохнул так, словно я заставила его самому себе могилу выкапывать, но не сказал, что он мужчина и должен сражаться. На самом деле я не была уверена, что повела бы себя на его месте так разумно и так достойно. Признаться в собственной слабости, позволить другим сражаться вместо себя — все это требует огромного мужества. Но единожды Оден уже допустил ошибку, видимо, больше допускать ее не хотел.
— Я останусь здесь, Игни, прослежу, чтобы никто не зашел с тыла. Только у меня одно условие: ты возьмешь с собой несколько костяных гончих. Если там будут кости моего отца, собаки рассыплются. А если нет, то эти милые создания защитят тебя от любого физического воздействия.
Я кивнула, потом повернулась к Одену, приподнялась на цыпочках и легко чмокнула его в губы:
— Скоро вернусь, не скучай. А кости, если найду, сожгу так, что и никто даже пепла не найдет.