Под контролем: Женские судьбы после Французской революции
Пока Наполеон перекраивал карту Европы, во Франции возводилась «гранитная глыба» Гражданского кодекса – закона, который на целое столетие превратил женщину в вечное несовершеннолетнее дитя. Каковы были стремления, радости и горечи женщин в стране, переживающей столь глубокие изменения? О чем они думали, о чем мечтали? Как строили взаимоотношения с мужчинами в повседневной жизни?
Опираясь на уникальные архивные источники – личные письма, дневники, мемуары, – известная исследовательница Шанталь Прево обращается к судьбам женщин самых разных сословий, от владелиц салонов до скромных горожанок, крестьянок, маркитанток. Истовая сторонница Революции Розали Жюльен посещает заседания Законодательного собрания и верит в социальные перемены. Художница Аделаида Муатт пишет в дневнике про злободневные события, спорит с властями, руководит хозяйством и устраивает помолвку приемной дочери. Маркитантка Ида Сент-Эльм годами странствует по Европе, следует за армией и оставит после себя скандальную биографию в 8 томах. Строгое монастырское воспитание и тонкости салонного этикета, ужасы родов и тяготы жизни – эта книга показывает, как «второй пол» выживал, любил, протестовал в тени Гражданского кодекса.
Опираясь на уникальные архивные источники – личные письма, дневники, мемуары, – известная исследовательница Шанталь Прево обращается к судьбам женщин самых разных сословий, от владелиц салонов до скромных горожанок, крестьянок, маркитанток. Истовая сторонница Революции Розали Жюльен посещает заседания Законодательного собрания и верит в социальные перемены. Художница Аделаида Муатт пишет в дневнике про злободневные события, спорит с властями, руководит хозяйством и устраивает помолвку приемной дочери. Маркитантка Ида Сент-Эльм годами странствует по Европе, следует за армией и оставит после себя скандальную биографию в 8 томах. Строгое монастырское воспитание и тонкости салонного этикета, ужасы родов и тяготы жизни – эта книга показывает, как «второй пол» выживал, любил, протестовал в тени Гражданского кодекса.
Yosh cheklovlari: 18+
Huquq egasi: Издательство АЗБУКА
nashriyot: Издательство АЗБУКА
tarjimon: Людмила Никитина
Qogʻoz sahifalar: 283
Kitobning boshqa versiyalari 1
Под контролем: Женские судьбы после Французской революции
·
Шанталь ПревоIqtiboslar 17
Может быть, этот страх и влиял на философов эпохи Просвещения в женском вопросе? Положение женщин их мало заботило. Рассуждая о равенстве, они всегда подразумевали мужчин. Говоря о женщинах, добившихся определенных успехов на литературном или научном поприще, они придавали им мужские черты, тем самым лишая их привлекательности. Вольтер воспевал свою многолетнюю любовницу и музу, математика Эмили дю Шатле, которой восхищался, заявляя, что она была «мужчиной в юбке» и «на протяжении 25 лет обнаружила единственный недостаток
1 kishiga yoqdi
Начиная с 1750-х годов врожденная слабость стала недостатком (и отличным предлогом, чтобы объявить женщин неполноценными) одновременно с тем, как начало формироваться общество, отмеченное ожесточенной конкуренцией между индивидами
1 kishiga yoqdi
Жену было принято называть «дитя, мое дорогое дитя», причем это было характерно не только для тех пар, в которых из-за разницы в возрасте отношения скорее напоминали детско-родительские. Теперь же это оценочное суждение (очень тривиальное) было подкреплено натуралистической основой и наделено достоверностью. В то время как Дидро восклицал: «О женщины, какие вы необыкновенные дети» [20] — и заявлял, что «из-за отсутствия размышления ничто не проникает достаточно глубоко… в понимание женщин; идеи плавают на поверхности их души» [21], Вольтер шутил, что «многие дамы, как известно, большие дети», которым нужен «кнут и пряник» [22]. На этом перестанем приводить цитаты [23
1 kishiga yoqdi