У света есть один наклон.
Припав к снегам устало —
Он давит — словно тяжкий Груз
Соборного Хорала.
Небесной Раной наградит —
Но ни рубца — ни крови —
И только сдвинется шкала
Значений и условий.
Отчаяньем запечатлен —
Кому он подневолен?
Он — словно царственная скорбь —
Которой воздух болен.
Такой — крошечный — крошечный — Челнок
В тихой заводи семенил.
Такой — вкрадчивый — вкрадчивый — Океан
Посулом его заманил.
Такой — жадный — жадный — Бурун
Сглотнул его целиком —
И не заметил царственный флот —
Челнок мой на дне морском.
Друг с другом — друг о друге
Мы говорили без слов —
Слушая дикую гонку секунд —
И копыта часов.
При виде наших застывших лиц
Смягчился Времени взгляд —
Каждый из нас получил свой ковчег —
Взошел на свой Арарат.
Колодец полон тайны!
Вода — в его глуши —
Соседка из других миров —
Запрятана в кувшин.
Не видим мы ее границ —
Лишь крышку из стекла.
Ты хочешь в Бездну заглянуть?
Здесь — рядом — залегла.
Я удивляюсь каждый раз
Мужеству травы.
Прильнет к тому — что нас страшит —
В безвестное обрыв.
Но морю тростники сродни —
Глядят в него в упор.
И лишь для нас Природа
Чужая до сих пор.
Другой всё знающий о ней —
Как бы ее посол —
В дом — полный привидений —
Ни разу не вошел.
Но кто — по правде говоря —
С ней коротко знаком?
Ведь мы тем дальше от нее —
Чем ближе подойдем
