Kitobdan iqtiboslar Самые странные в мире: Как люди Запада обрели психологическое своеобразие и чрезвычайно преуспелиmuallif Джозеф Хенрик
Воздействие протестантизма на распространение грамотности среди женщин особенно важно, потому что у грамотных матерей, как правило, рождается меньше детей, зато по мере взросления они в среднем становятся здоровее, умнее и богаче, чем дети неграмотных матерей
6 kishiga yoqdi
Вот вам неожиданное утверждение: усиление конкуренции между добровольными объединениями, будь то наделенные хартиями города, университеты, гильдии, церкви, монастыри или современные фирмы, может повысить у людей доверие, справедливость и готовность к кооперации с незнакомцами.
2 kishiga yoqdi
На процесс масштабирования также влияет социальное и психологическое «соответствие» существующих институтов новым нормам и представлениям. Новые нормы и представления должны возникать из той культурной среды, в которой уже существует группа; если же их заимствуют у других групп, они должны сочетаться с уже существующими институтами. Ограничения, накладываемые тем самым на ход межгрупповой конкуренции, создают эффект колеи, о котором я уже упоминал: для любого заданного набора институтов существует лишь ограниченное число вероятных «следующих шагов» из-за «соответствия» социальных норм, представлений и существующих институтов.
2 kishiga yoqdi
Если говорить об эмоциях, людей Запада часто терзает чувство вины, поскольку они не в состоянии соответствовать своим вдохновленным культурой, но в значительной степени добровольно избранным стандартам и чаяниям. В большинстве незападных обществ в жизни людей господствует стыд, а не вина. Люди испытывают стыд, когда они, их родственники или даже их друзья не соответствуют стандартам, навязанным их общинами. Незападный человек, например, «теряет лицо» под осуждающими взглядами других, когда его дочь сбегает с кем-то, не принадлежащим к его социальной группе. Между тем человек Запада может почувствовать себя виноватым, вздремнув вместо того, чтобы пойти в спортзал, даже несмотря на то, что это не является его обязанностью и никто об этом не узнает. Вина зависит от собственных стандартов и самооценки каждого человека, а стыд — от социальных стандартов и общественного восприятия.
1 kishiga yoqdi
Одной из величайших угроз для функционирования добровольных объединений было и остается интенсивное родство. Новые организации, включая банки и правительства, нередко узурпировались на некоторое время крупными, влиятельными семьями, сплоченность которых поддерживалась договорными браками [65]. Однако, как уже отмечалось, в долгосрочной перспективе это было очень непростой задачей, так как Церковь запретила почти все основные инструменты интенсивного родства. В условиях таких ограничений семейный бизнес с трудом выдерживал конкуренцию с другими организационными формами. Одновременно политически или экономически влиятельные роды просто с куда большей вероятностью вымирали в отсутствие полигинии, традиционных норм наследования, повторных браков и усыновления. Когда правящие династии прерывались, городским общинам зачастую удавалось переизобрести свои формальные институты таким образом, чтобы они стали более привлекательными для тех, кто по своему психотипу являлся предшественником людей Запада.
1 kishiga yoqdi
разрушение интенсивных институтов, основанных на родстве, открыло путь к урбанизации и появлению вольных и наделенных хартиями городов, в которых начало развиваться самоуправление. Доминирующее положение в городах часто занимали купцы; рост городов приводил к повышению уровня интеграции в рынки и — можно заключить — обобщенного доверия, справедливости и кооперации. По мере того как происходили эти психологические и социальные перемены, люди начинали формулировать представления об индивидуальных правах, личных свободах, верховенстве закона и неприкосновенности частной собственности. Эти новые идеи попросту лучше прочих соответствовали постепенно формирующейся культурной психологии горожан.
Претерпевая урбанизацию, досовременная Европа трансформировалась, начиная со среднего слоя общества, вверх и вниз по вертикали социальных страт. Последними, кто испытал на себе эти долговременные психологические и социальные сдвиги, были (1) ведшие натуральное хозяйство крестьяне в наиболее отдаленных областях и (2) высшие слои аристократии, которые для удержания власти продолжали опираться на интенсивные формы родства еще очень долго после того, как они исчезли в городском среднем классе.
1 kishiga yoqdi
Эти формирующиеся наборы ориентированных на рынок обезличенных социальных норм постепенно породили то, что историки называют lex mercatoria или «обычное торговое право». Эти своеобразные нормы, а затем и законы были странными в том смысле, что они начали устранять из обмена межличностные отношения, все больше игнорируя классовые, семейные или племенные различия участников обмена, контракта или соглашения. Эти люди предполагались справедливыми, готовыми к кооперации и честными почти со всеми, но особенно с собратьями-христианами. Постепенно распространение lex mercatoria создало культурный контекст, правила и ожидания, позволявшие людям вступать в экономический обмен с кем угодно в изоляции от всех их межличностных отношений и сопутствующих социальному взаимодействию эмоций.
1 kishiga yoqdi
В городских сообществах средневековой Европы успех купцов, торговцев и ремесленников зависел — отчасти — от их репутации беспристрастных, честных и справедливых людей, а также от их трудолюбия, терпения, точности и пунктуальности. Такие репутационные системы способствовали культивированию социальных стандартов, мотиваций и систематических искажений внимания, подходящих для обезличенных сделок. Я подозреваю, что эти изменения как в психологии людей, так и в репутационных стандартах общества являлись важной составляющей быстрого роста доступности кредита, которая способствовала коммерческой революции
1 kishiga yoqdi
Идея состояла в том, что люди, озабоченные экономией времени, ходят быстрее. Как и следовало ожидать, жители Нью-Йорка и Лондона мчались по тротуарам, преодолевая километр менее чем за 11 минут, в то время как по Джакарте и Сингапуру люди прогуливались в умеренном темпе и на преодоление километра у них в среднем уходило почти 14 минут. Это означает, что жители Нью-Йорка и Лондона ходят по крайней мере на 30% быстрее, чем жители городов с более медленным ритмом жизни.
Подобные дебаты обеспечивали одному клану законные средства для постепенного сосредоточения в своих руках важных ритуальных полномочий; одновременно лежащая в основе мировосприятия сообщества космология менялась так, чтобы оправдывать верховенство этого клана. Спустя несколько поколений, когда все споры благополучно забывались, расширенный набор привилегий и полномочий одного клана обретал легитимность благодаря непрерывной цикличности ритуалов и полностью принимался сообществом.