Kitobdan iqtiboslar Запретная алхимияmuallif Стейси Макьюэн
одно дело — упасть духом, и совсем другое — самому себе рыть могилу.
4 kishiga yoqdi
— Я боялась тебя забыть.
Стук его сердца напоминал мне о пещерах глубоко под толщей океана.
— У меня не было ни единого шанса забыть тебя, девчонка из Скарри.
3 kishiga yoqdi
— О, Нина, — в его глазах блеснули озорные искорки, — когда дело касается девчонок, мы все превращаемся в нескладных мальчишек.
3 kishiga yoqdi
Могут быть вещи, которые я не смогу тебе рассказать, — сказал он. — Могут быть тайны. Но я никогда не буду лгать тебе, Нина. И я обещаю, что буду любить тебя так сильно, как только смогу.
Она долго молчала и размышляла, а потом погрустнела. Ее губы сжались.
— Я... Я хочу, чтобы у нас получилось.
Его несчастное сердце воспарило.
— Так и будет. Но я предупреждаю тебя: меня будет нелегко любить.
— Ах, — сказала она, обнимая его за шею, ее рот завис опасно близко к его. — Но именно в этом и проблема. В тебя слишком легко влюбиться.
1 kishiga yoqdi
Я собираюсь посрамить всех этих парней и сделать так, чтобы после меня тебе никто другой не был нужен.
1 kishiga yoqdi
Не трать время на надежду, что люди меняются, сынок. Они никогда не меняются.
1 kishiga yoqdi
я предупреждаю тебя: меня будет нелегко любить.
— Ах, — сказала она, обнимая его за шею, ее рот завис опасно близко к его. — Но именно в этом и проблема. В тебя слишком легко влюбиться.
1 kishiga yoqdi
— Пошел ты, — выплюнул Теодор, настолько переполненный нерастраченной яростью, что я боялась, он взорвется. Его кулаки тряслись. Он тяжело дышал сквозь зубы.
— Да, — медленно сказал Патрик. — Было бы приятно, не так ли? Устроить драку. Но смелости никогда не хватает, верно, Тедди?
Патрик поставил стакан на стол и наклонился, чтобы сказать Тео на ухо:
— Скажу тебе вот что. Я даю тебе один бесплатный удар, прямо здесь, перед ней. Покажи ей, что ты настоящий мужик. Выпусти пар. Но я не обещаю контролировать то, что произойдет после.
Появился Патрик, буквально влетев в поворот у перил. Его волосы торчали во все стороны. Он был по-прежнему без рубашки, как и спал, расстегнутые брюки висели на бедрах. То, как тяжело он дышал, заставляло мышцы его груди и живота вздыматься самым отвлекающим образом. Поистине я никогда не видела мужчины более великолепного.
— Сколько? — повторила я.
Патрик был так близко, что я видела каждую крапинку в его глазах, каждую ресничку.
— Все, Нина. Ты вывела их всех.
А потом он прижался своими губами к моим, не обращая внимания на брата рядом, и я почувствовала, как его тепло перетекает в меня.