Идиот
Достоевский, разъясняя замысел произведения, писал своей племяннице: «Главная мысль романа — изобразить положительно прекрасного человека».
Лев Николаевич Мышкин — тихий, добрый и скромный, тот самый заглавный «идиот». Ему 27 лет, он сирота и с детства страдает психическим заболеванием, которое лечит в Швейцарии. Но Льву Николаевичу приходится вернуться в Россию из-за смерти своего попечителя, и здесь он знакомится с красавицей Настасьей Филипповной, купеческим сыном Парфёном Семёновичем, помощником генерала Гаврилой Ардалионовичем и другими героями. Их судьбы тесно переплетаются, и Мышкин искренне пытается всем помочь. Он убежден, что любовь и красота могут спасти мир, вот только все эти попытки изначально обречены. Вступительная статья Павла Фокина, иллюстрации Нины Бурдыкиной.
Лев Николаевич Мышкин — тихий, добрый и скромный, тот самый заглавный «идиот». Ему 27 лет, он сирота и с детства страдает психическим заболеванием, которое лечит в Швейцарии. Но Льву Николаевичу приходится вернуться в Россию из-за смерти своего попечителя, и здесь он знакомится с красавицей Настасьей Филипповной, купеческим сыном Парфёном Семёновичем, помощником генерала Гаврилой Ардалионовичем и другими героями. Их судьбы тесно переплетаются, и Мышкин искренне пытается всем помочь. Он убежден, что любовь и красота могут спасти мир, вот только все эти попытки изначально обречены. Вступительная статья Павла Фокина, иллюстрации Нины Бурдыкиной.
Yosh cheklovlari: 12+
Huquq egasi: Издательство «Детская литература»
nashriyot: Издательство «Детская литература»
rassom: Нина Бурдыкина
Qogʻoz sahifalar: 290
Kitobning boshqa versiyalari 10
Идиот
·
Фёдор ДостоевскийИдиот
·
Фёдор ДостоевскийИдиот
·
Фёдор ДостоевскийИдиот
·
Фёдор ДостоевскийИдиот
·
Фёдор ДостоевскийИдиот
·
Фёдор ДостоевскийИдиот
·
Фёдор ДостоевскийИдиот
·
Фёдор Достоевский249 ₽
Идиот
·
Фёдор ДостоевскийИдиот
·
Фёдор ДостоевскийIqtiboslar 8
Только неужели ж Аглая прельстилась на такого уроди-ка! Господи, что я плету! Тьфу! Оригиналы мы… под стеклом надо нас всех показывать, меня первую, по десяти копеек за вход.
Разумеется, в тот же день к вечеру она неминуемо становилась необыкновенно внимательна, тиха, ласкова и почтительна к Ивану Федоровичу, к «грубому своему грубияну» Ивану Федоровичу, к доброму и милому, обожаемому своему Ивану Федоровичу, потому что она всю жизнь любила и даже влюблена была в своего Ивана Федоровича, о чем отлично знал и сам Иван Федорович и бесконечно уважал за это свою Лизавету Прокофьевну.
Иван Федорович спасался немедленно, а Лизавета Прокофьевна успокаивалась после своего разрыва