Kitobdan iqtiboslar The Origin of Finger-Printingmuallif William Herschel
Убеждённость в неизменности отпечатков пальцев, конечно, приходила ко мне постепенно, по мере накопления фактов.
Другой способ, с помощью которого я использовал новую систему в общественных целях, был связан с тюрьмой.
В 1877 году в Хугли новая мера безопасности применялась следующим образом: после соблюдения юридических формальностей регистрации регистратор заставлял человека ставить отпечатки двух пальцев на документе и ещё раз в дневнике, который он вёл в офисе, скорее для моего личного ознакомления, чем в качестве доказательства.
Радостное одобрение пенсионеров доставило мне огромное удовольствие и сделало остальную работу по регистрации поразительно простой. Клерки без колебаний взялись за неё и с удовольствием объясняли «хикматы» сахиба. Никто не колебался и не стеснялся делать то, что ему говорили, или забирать дубликаты, чтобы обсудить их дома. Процесс регистрации в то время регулировался поздним законом, разработанным для обеспечения наилучшей на тот момент защиты подлинности документов, насколько это было возможно. Подписи, будь то полные или в виде кастовой метки, или креста, или, в случае женщин, в основном в виде прикосновения к бумаге кончиком пальца, смоченным чернилами из пера секретаря (см. стр. 35), всегда ставились в присутствии и под присмотром регистратора, которому в большинстве случаев приходилось полагаться на показания свидетелей под присягой, удостоверяющие их личное знакомство с исполнителем завещания. Регистратор, разумеется, отвечал за то, чтобы в каждом случае использовать свои знания для предотвращения мошенничества.
Меня часто просили показать мою выставку, и я всегда давал каждому посетителю копию его рисунка, а иногда добавлял свой, чтобы показать, насколько устойчивы узоры спустя почти двадцать лет
Верховный суд Калькутты в одном из важнейших дел постановил, что это доказательство нельзя исключать, более того, оно убедительно. Это произошло за много лет до того, как в Англии было принято такое решение.
для того, чтобы новые метки можно было использовать в качестве доказательств, необходимо было принять закон, а принять такой закон в спешке было бы невозможно.
Из этого ничего не вышло, и я больше не беспокоился об этом.
Я набрался смелости, преодолев отчаяние, и в качестве судьи (если я правильно помню) направил официальное письмо правительству Бенгалии, в котором решительно выступал за административные меры, чтобы обе стороны использовали «отпечатки пальцев» для подтверждения подлинности этих документов.
Дела обстояли настолько плохо в этом и других отношениях, что администрации гражданского правосудия было необычайно трудно сохранять своё достоинство. Теперь я был вынужден брать отпечатки пальцев, преследуя определённую цель, и в течение трёх лет продолжал брать очень большое количество отпечатков у людей всех сословий и профессий.