Kitobdan iqtiboslar Израильско-палестинский конфликт: Непримиримые версии историиmuallif Нил Каплан
Катастрофой (аль-Накба), можно отнести либо к 30 ноября 1947 г. (на следующий день после принятия ГА ООН резолюции № 181), либо к 15 мая 1948 г., когда в день ухода британцев Временное правительство Израиля объявило о независимости страны, спровоцировав тем самым вторжение египетской, сирийской и иорданской армий.
Тем временем представители Британии, Франции и царской России готовились поделить регион на сферы прямого и непрямого контроля. В их планах было создание «независимого арабского государства или конфедерации арабских государств» под британским и французским протекторатами. По условиям сверхсекретного договора, заключенного в мае 1916 г. и получившего название «соглашение Сайкса — Пико» по фамилиям сэра Марка Сайкса и Франсуа Жоржа-Пико, Палестина должна была перейти под «международное управление» [2]
В целом лучший способ приблизиться в этом вопросе к нейтральности — это называть войны по их календарным датам
, во-первых, акцент на восприятии себя как жертвы, свойственном обеим противоборствующим сторонам, а во-вторых, анализ конфликта как основанного на соперничающих нарративах
Было ли сионистское решение еврейского вопроса еврейским вариантом национального возрождения и освободительной борьбы, охватившей тогда весь мир? Или же сионизм был частью агрессивной европейской колониальной экспансии на Ближнем Востоке, сутью и смыслом которой были эксплуатация, ограбление и угнетение коренного населения?
Плодородного полумесяца только в VII в. н.э., когда ислам распространился за пределы Аравийского полуострова.
VII в., как о модели, которую следует держать в уме и по возможности воспроизводить, чтобы преодолеть возникшую позже враждебность. Гораздо чаще, однако, оба народа обращаются к давнему прошлому, чтобы сформировать на его основе нынешнюю национальную идентичность и самосознание, заявив о своем изначальном праве собственности на спорную (и обещанную Богом) землю [4].
Авторы, наделенные литературным даром, в числе которых Амос Оз, Самех Изхар и Сари Нусейбе, тоже предлагали интересные аналогии, например:
два дерущихся человека держат друг друга за горло, и каждый боится разжать пальцы первым;
два человека тонут в море и борются за жизнь, цепляясь за одно-единственное бревно;
два борца, и ни один из них не может победить другого, потому что их обоих засасывают зыбучие пески
Исаак Дойчер, историк русской революции и биограф Иосифа Сталина. В интервью, данном вскоре после июньской войны 1967 г., Дойчер предложил следующую аллегорию о падающем человеке:
Один человек спрыгнул с верхнего этажа горящего дома, спасаясь от пожара, в котором уже погибли многие члены его семьи. Ему удалось спастись; но, падая, он рухнул на другого, стоявшего внизу, и переломал ему руки и ноги. У прыгнувшего не было выбора, но для человека, которого он покалечил, именно он стал причиной несчастья. Если бы оба вели себя рационально, они не стали бы врагами. Человек, спасшийся из огня, придя в себя, попытался бы помочь второму пострадавшему и утешить его; а тот, быть может, понял бы, что его обидчик стал жертвой обстоятельств, над которыми был не властен.
Но посмотрите, что происходит, когда эти люди ведут себя нерационально. Покалеченный обвиняет упавшего в своих несчастьях и клянется, что заставит его заплатить. А тот, испугавшись мести со стороны пострадавшего, оскорбляет его, пинает и колотит, где бы они ни встретились. Побитый снова клянется отомстить и снова получает тычки и затрещины. Жестокая вражда, нечаянно возникшая, становится все ожесточеннее и отравляет все существование этих двоих, затуманивая их разум [31].