ta muallif kitobidan iqtiboslar От пробирки до кастрюли: Как ученые разрабатывают продукты, которые мы едим каждый день
Вводят плазмиды в растения разными способами. Один из самых известных — агробактериальная трансформация. Здесь курьером, доставляющим выбранный учеными ген, становится почвенная бактерия Agrobacterium tumefaciens (она же Rhizobium radiobacter). В природе она занимается тем, что заражает копиями участков своих Ti-плазмид стебли растений. Фрагменты Ti-плазмид встраиваются в растительную ДНК и начинают производить для бактерий питательные вещества — опины. Биологи же берут у бактерий плазмиды, делают их более компактными, заменяют в них бактериальные гены на целевые (которые должны наделить растение новыми свойствами) и вводят им обратно, после чего Agrobacterium tumefaciens делает за ученых оставшуюся работу. Нужно только смешать эту бактерию с растительными клетками, и ее плазмиды доставят в них вместо собственных генов подсунутый человеком «ценный груз» (рис. 3), а растения смогут лучше плодоносить, выдерживать засуху или накапливать витамины
в 1960-х гг. провоцирование мутаций в растительных клетках шло полным ходом
Второе событие, приблизившее нас к эре генома, — открытие в 1953 г. структуры дезоксирибонуклеиновой кислоты (по-простому — ДНК) Джеймсом Уотсоном, Френсисом Криком и Розалинд Франклин. Когда оно было сделано, ученые наконец смогли взглянуть на святая святых живой клетки. Практически открыли сейф со всеми ключами от дома. Осталось только взять их и научиться ими пользоваться.
человека, как известно, 46 хромосом, образующих 23 пары. При размножении ребенок всегда берет половину хромосомного набора от мамы, а другую — от папы (23 + 23 = 46). Растения устроены примерно так же, но количество хромосомных наборов у них может быть больше. Так происходит, если родительское растение передает все свои хромосомы потомству, «забывая» их разделить. Это явление называется полиплоидией. Если же в результате гибридизации у растения нарушается парность хромосом, это влияет на их способность размножаться. Они все еще могут давать плоды, но семена в них будут стерильные и очень-очень маленькие. Арбузы без косточек, например, имеют три хромосомных набора. Их получают, скрещивая родителей с двумя и четырьмя наборами соответственно. Бананы и ананасы — тоже полиплоиды, поэтому их так удобно есть. Чтобы найти в ананасе семя, нужно постараться.
Помидоры пришли к нам из Южной Америки, огурцы — из Индии, шпинат — с Ближнего Востока, капуста и оливки для масла — из Средиземноморья, лук и чеснок — из Центральной Азии [4]. Мы каждый день пьем чай, когда-то найденный в Китае, а по утрам — кофе из Эфиопии, воспринимая это как должное.
Ярким примером расхождения целей естественного отбора и селекции служит кукуруза. У ее предка теосинте зерна были покрыты толстой оболочкой, початка практически не было, а зерна при созревании сразу падали на землю, чтобы потом прорасти, то есть дать потомство [2] (рис. 1). Природа ратовала за размножение, и кукуруза не знала горя. Человек же, выращивая такую кукурузу, неизбежно терял бóльшую часть урожая. И что же мы видим теперь? Ядра современной кукурузы практически не защищены, а на момент зрелости прочно прикреплены к початку, потому что это было выгодно человеку, а кукурузу никто не спрашивал. Похожим образом дело обстоит и с другими зерновыми культурами: рисом, ячменем, пшеницей [3].