— Я стремлюсь, — сказал Тусман, — по совету Томазия, к почтительному и любезному обхождению, поскольку оно является и самым естественным признаком любви, и самым естественным путем к пробуждению взаимности, совершенно так же, как заразительны в обществе зевота и скука. Но все-таки я не захожу слишком далеко в своем почитании, поскольку вполне понимаю, как учит Томазий, что женщины — не добрые ангелы и не злые ведьмы, а просто люди, и даже, судя по их телесному и духовному состоянию, более слабые создания, чем мы, на что указывает известная всем разница между полами.
— Да обрушится на вас целый год всяческих бедствий! — вскричал старик. — За то, что вы безостановочно болтаете здесь всякий вздор и отняли у меня добрый час времени, которым я решил насладиться после великого дела!
