ства: ud-šu2 = e-re-eb dšamšim(utu)im [ePSD, utušuš], <ud>-šu2 = e-re-bu ša utu-šu «заход Солнца» (серии Ea I 342, A II/4: 67) [CAD E, 259b], которые определяли понятие захода Солнца и направление на запад.
Места восхода и захода Солнца в представлении жителей Месопотамии фиксировали крайние точки земного пространства, которое считалось областью Энлиля. Отсюда выражение: dutu e3-ta dutu šu2-še3 «от восхода Солнца до заката Солнца» в значении «повсюду» в «Песне Инанны и Думузи» (Dumuzid–Inana D1) [ETCSL, Text 4.08.30: 42] и в других текстах276. Данное выражение могло употребляться также во временнóм значении, как обозначение светлой части суток, например в мифе «Энки и мировой порядок» [ibid., Text 1.1.3: 193]277.
Таким образом, можно констатировать: в III — первой половине II тыс. Солнце мыслилось, прежде всего, как источник тепла и света. Из всех связанных с ним явлений терминологически были выделены только восход и заход, причем восход Солнца интересовал жителей Месопотамии в большей степени, чем заход, если судить по частоте упоминаний. Термины, принятые для обозначения восхода и захода Солнца, обозначали также стороны света — направления на восток и запад.
