Старик у Кржижановского исправно клепал вопросы — аккуратные, отформатированные, которые даже пользовались спросом. А потом в тишине оказалось: у этих вопросов не было простых ответов — внутри прятались сомнения. Он достал их, рассмотрел, не закрыл глаза, а начал кормить собой — осознанно. Даже забавляло шуршание червя сомнений в его ладненьких вопросах.
И тут пришёл заказ на вопрос, который совпал с его внутренней потребностью думать об этом. Старик ковал его так, что собственные сомнения игнорировал — и червь сомнений, кажется, умер вместе с частью самого старика. Дальше он действует уже как одержимый: выходит за пределы своих ограничений и бросает мертвые сомнения с огромным вопросом в море. Нащупывает ответ — рыбёшку — и азартно бросает ещё, главную часть сомнений. Но рыба уносит и вопрос, и сомнения.
А как теперь жить старику? Ни с чем? Что будет двигать его жизнью? И он, УПРЯМО и сердито, бросается в море.
После прочтения на ум приходит цитата из другого великого произведения другого великого автора: “Смешные: вас хотят освободить от извивающихся, как черви, мучительно грызущих, как черви, вопросительных знаков” (Замятин “Мы”). Но вот, что остаётся у человека без вопросов, раздумий и сомнений? На этот вопрос и пытается ответить в своей, как и всегда, гениально-гротескной форме Сигизмунд Доминикович 🖤
