ta muallif serialidan iqtiboslar  Башня тишины

Рагим Джафаров

— Это «Азербайджанские авиалинии», — сказал Дауд абсолютно серьезно. — Если этот самолет будет падать и пилоту нужно будет сделать объявление, он скажет: «Хорошо кушайте, дорогие, это в последний раз, всем двойную порцию кебаба».

Милейшая женщина, божий… — Дауд задумался, подбирая слово.

— Бич, — подсказал Руслан.

— Божий бич, — согласился Дауд. Но тут же спохватился: — Нет, э-э-э! Цветок! Дуют на него.

На того, кто по башке дал, не обижаются, да, — спокойно возразил Дауд. — Еще раз получить можно.

— А кто это? К кому мы влезли?

— Не знаю, да, — отмахнулся Дауд. — Хороший человек какой-то.

— В смысле, к нему через окно вломились два незнакомых мужика, а он не против?! Что ты ему сказал?!

— Аккуратно, косяк низкий. Что сказал? «Отец, за нами гонятся, можно мы через твой дом пройдем?»

— А он что?!

— Спросил, будем ли чай.

— И что мы ответили? — совсем потерял связь с реальностью Руслан.

— Что мы торопимся.

Ссориться много ума не надо. А правильно ссориться — это уже дипломатия.

Город ветров же. Это ты не видел, как зимой дует. Легкие женщины из дома лишний раз не выходят, чтобы не унесло. Поэтому азербайджанцы пышных любят, да! Чтобы каждый раз жену в Туркменистан ветром не уносило.

— Тут у меня есть уши! А там люди общаются жестами. А что нужно, чтобы общаться жестами?

— Презрение к собеседнику, — вздохнул Дауд.

Голос у мальчика был какой-то туповатый и пустой внутри, будто кто-то подул во втулку от туалетной бумаги.

Если врут чиновникам и бизнесу, то GR, если обычным людям, то PR.

Он пять лет прожил в этом доме, и каждый раз проклятая бабка спрашивала у него, кто он такой и в какую квартиру идет. Каждый! Жильцы прозвали ее Харибдой. Возможно, когда-то у нее была сменщица, которую называли Сциллой, но Руслан ее не застал. Вполне вероятно, что Харибда ее съела.