Этот день оказался гораздо хуже, чем могло показаться еще минуту назад, потому что передо мной был он.
Мое наваждение. Мой самый страшный кошмар. Тот, кто не просто разбил мне сердце, но и от души потоптался на его осколках.
Тимур, мать его, Астахов со скрещенными на широкой груди руками стоял возле преподавательского стола, чуть ли не усевшись на него. Стоял и смотрел на меня так, словно видел впервые в жизни, пока сама я, по ощущениям, падала куда-то в пропасть
