Несмотря на всю свою творческую энергию, эти субкультуры никогда не представляли политической угрозы. Из них вышли гедонисты и органические пекари, а не революционеры. Их частные фантазии были поглощены потребительской культурой, переупакованы и проданы с прибылью.
