Достоевский делает его всего лишь сиюминутным, чтобы еще более заострить главную идею повести — хотеньем должны управлять отнюдь не рефлексы, а христианская вера — сострадание, смирение и любовь к ближнему. Иными словами, герой «Записок» ведет себя ровно так, как описывает высшую нервную деятельность теория Сеченова, хотя парадоксалисту кажется, что своим свободным хотеньем он опровергает ее.