заживала. В недолгие моменты затишья сверху нарастала тонкая корочка, но приходила новая обида, безжалостно разрушая еле затянувшуюся ткань. Время частично лечило, хотя душа упрямо расковыривала ранку ребячьим пальчиком с обгрызенным ногтем и заусеницами, испытывая какое-то мазохистское облечение от боли.
Доктор, не споткнитесь о поребрик!
·
Жанна Вишневская
