Мороза все верят… ну, все дети… он тогда просто обязан возникнуть. Матери-а-лизоваться.
Это он интересно придумал, решил я.
– А вот если бы все взрослые в него вдруг поверили, – это я говорю, – какой бы он тогда возник?
– Усталый и унылый, – отвечает Тим. – Он бы от их желаний заболел совсем. Надоест же одни и те же деньги таскать и мерседесы. Да и откуда их брать в таких количествах?
– Из Лапландии.
– Это Санта-Клаус в Лапландии. Наш Дед Мороз в Великом Устюге. Там мерседесов не делают.
– Тоже верно, – говорю.
Мы ещё немного помолчали.
Вслед за этим мне пришло одно желание. Довольно смелое. Я вообще-то люблю смелые желания, но не всегда люблю их вслух высказывать. Но под Новый год, наверно, можно.
– Слушай, Тим, – говорю я. – Go праздновать к нам на дачу. Там никого не будет. И погода хорошая. Плюс-минус два и лёгкий снегопад.
– Ты знаешь, – Тим отвечает, – я сам хотел что-то такое предложить. Только у нас дачи нет.
– Она нам от деда досталась. Такой маленький домик, зато с печкой. А уж ёлок вокруг – полный лес.
– Заманчиво. А ты придумал, что мы родителям скажем?
– Я своим скажу, что к тебе пойду. Ты скажешь, что ко мне. Тогда точно отпустят.
Я никогда не фантазировал так нагло. Тим тоже засомневался:
– Думаешь, поверят?
– Так а мы им селфи пришлем. Как бы из дома, на фоне ёлочки с гирляндами. Мы их заранее сделаем.
– А ведь это верная мысль, – сказал тогда Тимур. – Никогда не праздновал Новый год за городом… только очень, очень давно… там, где мы раньше жили… но ёлок там не было.
Он помедлил. И закончил так:
– И друзей тоже.
* * *
Как вы уже догадались, вся наша история опять пошла вкривь и вкось. Но иначе и истории не получилось бы. Какой же смысл рассказывать историю, в которой всё идет правильно?
В последний день старого года, часов в шесть вечера, мы выгрузились из электрички и стали оглядываться
Kirish yoki roʻyxatdan oʻtish sharh qoldirish uchun