Его стихией, религией и богом было искусство, он всегда казался пьяным от любви к нему, и - бывало - слушая его торопливые, наскоро построенные речи, невольно думалось, что он предчувствует великие события в области творчества, что он стоит накануне создания каких-то крупных произведений литературы, музыки, живописи
