сильнее — слово «долг» или слово «очаг». Очаг — это то место, где я у Рейнара была нужна. Долг — это то, чем меня сделали без моего согласия.
Колесо застряло в колее, возница выругался негромко, и повозка качнулась. Я успела подхватить ящик, но не успела подхватить мысль. Она ушла обратно в ту ночь, когда мне вернули мои же документы с выскобленной строкой. Я тогда ещё не знала, что он сделает это так чисто, по закону, с подписью королевского поверенного, что мне даже не к чему было придраться. Потом я узнала — и стало только хуже.
— Жена лорда, опять, — бросил возница, не оборачиваясь. Он сказал это не мне, а лошади, тихо, под нос, но я услышала. В этом тракте все знали, чья я бывшая. И все уже знали, что меня возвращают.
Я не ответила. Вместо этого достала из кармана чистый платок, сложила его вчетверо и прижала к лицу. Платок был свежий, я стирала его вчера, и от него пахло мылом и чуть-чуть мятой — я сама сушила мяту в комнате над трактиром, на подоконнике. Запах был мой, не его, не замка. Я подумала: «Если я сейчас заплачу, это будет его победа». Потом подумала: «Если я сейчас не заплачу, это будет моя». И всё равно заплакала, тихо, в сложенный платок, чтобы возница ничего не услышал. Не от обиды, нет. От того, что я устала быть расчётливой. Два
Развод с драконом. Хозяйка, которую стерли из рода
·
Александр Витальиев
