— Не хочу грузить тебя проблемами, но мне важно, чтобы ты понимала — я тебя люблю. Ты же моя дочь, дороже и роднее тебя никого нет. Я заботился о тебе всегда, и когда Оля была еще жива, а после ее смерти — в три раза больше. — Он тяжело вздыхает. — Я это все говорю не в упрек, а чтобы ты осознала, как много места занимаешь в моих мыслях, в сердце. Все, что я делаю изо дня в день, — ради тебя.
По моим щекам катятся слезы. Папа будто залез ко мне в голову и все там переворошил. Я ведь действительно порой думаю именно так, как он и сказал.
— Да? — укоризненно произношу я, облизывая пересохшие губы. — Тогда ты знаешь, сколько мне лет?
Папа смеется.
— Конечно, знаю, — отвечает он. — Девять.
Не сдержавшись, я заливаюсь смехом, вытираю слезы и отпиваю из кружки.
— Девятнадцать, — уже серьезно отвечает папа.
Kirish yoki roʻyxatdan oʻtish sharh qoldirish uchun