– Но у меня не на что меняться.
– Ну вот на эту штуку, на этого звереныша, – сказала змея и показала сразу десятью ножками на Алису.
– Нельзя, – сказал я, стараясь не обижаться, потому что сам недавно принял разумное существо за неразумную птицу. – Это моя дочь.
– Фу, какой ужас! – воскликнула гневно змея. – Я немедленно вызову блюстителей порядка. Это же запрещено!
– Что запрещено? – удивился я.
– Запрещено торговать своими детьми. И обменивать их на зверей тоже запрещено. Неужели вы не читали правил у входа на базар? Вы изверг и варвар!
– Ничего подобного, – засмеялся я. – Я с таким же успехом могу продать Алису, как она меня.
– И того хуже! – закричала змея, прижимая к груди цветной шар: индикатор, видно, перепугался и стал белым с красными крестиками вдоль спины. – Дочь торгует собственным отцом! Где вы такое видели?
– Честное слово, – взмолился я, – мы друг друга не продаем! У нас на Земле вообще не принято отцам продавать своих детей, а детям
Kirish yoki roʻyxatdan oʻtish sharh qoldirish uchun