«И откуда такое пристрастие к этому провинциальному благоуханию у человека изысканного вкуса и ненавистника провинциальности?» — спросила мать ехидно лампу над столом, а отец как будто давно готовился к этому вопросу, тут же ответил пылко, но не лампе, а маме, строго глядя ей в глаза: «В память о молодой незабытой любви». — «С дурным вкусом?» — еще куражилась мать. «Нет, напротив — с изысканным, но это мыло ей почему-то пришлось по вкусу, а я, — он нажал на «Я», — я не сказал ей, что не люблю его». Помолчав, добавил: «В память о ней это мыло». Мать побледнела, но смолчала
Век мой, зверь мой: воспоминания
·
Ирина Кунина-Александер
