Федот заговорил, когда все помолчали и побормотали: «Да-а… ловко…» – еще проще.
– А вот я, – начал он медлительно, лежа на локте и поглядывая на темную, неподвижно торчавшую перед ним на звездном небе фигуру гимназиста, – а вот я совсем задаром согрешил. Я человека убил, прямо надо сказать, из-за ничтожности: из-за козе своей.
Ночной разговор
·
Иван Бунин
