Мышление и чувство, в основном вытесняемые, порождают инфантильные и архаические побуждения, которые можно сравнить с таковыми у ощущающего типа. Они проявляются в форме насыщенных проекций и оказываются столь же нелепыми, как и проекции ощущающего типа, вот только, по-моему, лишенными мистичности последних; в первую очередь они направлены на конкретные квазиреалии, будь то сексуальные подозрения, финансовые угрозы или прочие предвосхищения, например предчувствия болезни. Это различие возникает, по-видимому, из вытеснения ощущений реальности. Те обычно проявляются, когда интуит внезапно пленяется какой-то женщиной, в высшей степени сомнительного свойства (в случае женщины – неподходящим мужчиной), поскольку она ухитрилась пробудить в нем какие-либо архаические ощущения. Отсюда произрастает бессознательная навязчивая привязанность, никому не приносящая пользы. Это уже явно компульсивный симптом, причем интуит подвержен таким симптомам ничуть не меньше ощущающего типа. Он притязает на ту же свободу и распущенность, что и ощущающий тип, оценивает свои поступки не по рациональному суждению, а исключительно и единственно по восприятию выпавших возможностей. Он освобождает себя от ограничений разума и потому в неврозе подпадает под власть бессознательного принуждения, педантичного резонерства и навязчивой привязанности к ощущению объекта
Kirish yoki roʻyxatdan oʻtish sharh qoldirish uchun