Так бывает у всех, и поэтому, когда Сёкити посреди разговора вдруг раздражался, хватал пояс от кимоно, обматывал его вокруг ножки стола для пинг-понга, делал петлю, засовывал в неё голову и тянул изо всех сил, говоря: «Неужели так не умереть?» — раздражался, снова хватал пояс, снова засовывал голову и тянул изо всех сил руками. У него были уже совершенно безумные глаза, мутные, синие, темные, сверкающие. И всё же он не мог вообразить, что дело дойдет до самоубийства
Ветер, свет и двадцатилетний я
·
Анго Сакагути
