После всего вышесказанного может показаться неожиданным, что фрагменты не являются центральной темой этого романа, хотя и задают его нарративную рамку. Однако уже должно быть ясно, что существует поразительное драматическое противоречие между стилем романа, как мы его описали, и самими фрагментами, в которых нет «ни одной стилистической детали, за которую можно было бы зацепиться», что наводит на мысли о бартовском «белом письме». Именно это противоречие является более фундаментальной темой «Распознавания образов», проецирующего утопическое ожидание нового искусства, основанного на «семиотической нейтральности» и систематическом стирании имен, дат, моды и самой истории, в контекст, который неисправимо всем этим замаран. Таким образом, пестрящий неймдроппингом птичий (in-group) язык романа упивается всем тем, что фрагменты пытаются нейтрализовать: произведение становится своего рода зыбучим песком, все глубже погружающим нас в то, от чего мы пытаемся избавиться. Однако это не просто абстрактная интерпретация, и даже не эстетика; это также экзистенциальная реальность главной героини и источник ее «дара», которым обусловлен ее выбор профессии.
Изобретения настоящего. Роман в кризисе глобализации
·
Фредрик Джеймисон
