Башня жила по своим законам, которые неведомы были ни царю, ни боярам. Часто можно было услышать среди ночи пронзительные голоса ее обитателей – если жизнь в Москве замирала, то на Городской башне она только начиналась.
Жестокая любовь государя
·
Евгений Сухов
