Летом 2003 года группа бойцов «Альфы» работала по определенному адресу. У чеченского села их высадили «вертушки», и сотрудники вышли к одному из домов. Огляделись. На первый взгляд дом был безлюден, засовы закрыты с внешней стороны, все заперто.
Обычно, не теряя время, пользуясь щитами, прикладами, а то и просто ногами, вышибается дверь, и спецназ врывается в помещение. Так поступили и на этот раз. Но дверь оказалась крепкой, не поддалась.
Прозвучало обычное, привычное для всех предложение: взорвать дверь накладным зарядом.
– Стоп, – остановил товарищей Ульянов, – пока готовим заряд, подрыв, уйдет время, шум. Через минуту я открою дверь. Засекайте…
Он вытащил складной нож, отвертку, раскрутил замок, и бойцы проникли внутрь.
В доме никого не было.
– А печка-то теплая, – сказал Ульянов. – И во дворе армейский дизель. Откуда он здесь?
И сделал заключение:
– Мне кажется, в доме есть схрон с оружием.
Догадку Владимира подтвердили и приборы, которые он развернул.
Ульянов стал копать. Выкопал большую яму, но ничего не нашел. Начинало темнеть, следовало покинуть эту опасную зону, а Владимир досадовал:
– Не мог я ошибиться. Тут есть оружие.
Действительно, через несколько дней сообщили, майор Ульянов оказался прав, наши войсковые подразделения обнаружили в доме склад с оружием. Он был зарыт еще глубже. Владимир не успел добраться до него, не хватило времени.
Таким он был в деле, на службе. Однако не одной службой жив человек. Хотя порой казалось, что у Владимира Ульянова служба и есть вся его жизнь. Даже когда родился сын, он был на службе, в командировке, в одной из «горячих точек».
Когда я спросил у матери, чем он занимался в свободное время, Светлана Петровна ответила: у него и свободного времени не было. Не припомню
Kirish yoki roʻyxatdan oʻtish sharh qoldirish uchun