Автор этой книги однажды стал свидетелем того, как троцкистская молодежь из Лиги спартакистов спорила с советским украинским диссидентом Леонидом Плющом, когда тот в конце 1970-х гг. выступал в Гарварде (в брежневском СССР Плющ за свою ненасильственную деятельность был заключен в психиатрическую больницу). Эти молодые активисты, так высоко ценившие Троцкого и свое понимание большевистской революции, не могли признать простую истину того, что пережил Плющ. Они по-своему были настолько же оторваны от реальности, как и их кумир, пока тот был жив. Даже Наталья Седова, которая осталась преданной делу сохранения наследия Троцкого, со временем устала от пылких попыток его учеников заставить реальность соответствовать их предвзятым идеологическим представлениям. В 1950 г., когда руководство IV Интернационала приветствовало корейскую войну как борьбу против американского империализма, Седова вышла из состава его Исполнительного комитета. «Я не вижу в вашей политике его идей», — написала она в своем заявлении. Однако среди серьезных историков и политических наблюдателей были и такие, как Исаак Дойчер, которым антисталинская позиция Троцкого помогла сохранить веру в марксизм и продолжить стремиться к преодолению тягостного наследия Сталина, под которым оказалась погребена душа социализма.
Kirish yoki roʻyxatdan oʻtish sharh qoldirish uchun