Грешник не отвечал – смотрел не отрываясь на висящего в центре паутины Кьярана… на его половину. Книжник был разделен, разрезан надвое, и в лавке присутствовала лишь левая часть его тела, правую же съела клубящаяся тьма. Фиоре лишь однажды хватило самообладания на то, чтобы взглянуть в лицо своему опекуну. Оно выглядело умиротворенным и безмятежным, каким никогда не бывало наяву.
Первая печать
·
Наталия Осояну
